Ознакомьтесь с нашей политикой обработки персональных данных
  • ↓
  • ↑
  • ⇑
 
Записи с темой: шерлок холмс (список заголовков)
14:08 


Решила коварно привести цитату из большого фика, который даже не знаю, когда буду переводить. Наткнулась на нее случайно (это я, типа, перевожу свою книжку) и не смогла удержаться.

"- Как вы можете быть в этом уверены? - спросил я, хотя знание его методов позволило мне почти точно угадать его ответ.
И я с радостью бы выслушал все, что он скажет, даже если бы мне заранее было известно каждое слово. Меня очаровывали его логические выводы, и когда я считал его мертвым, то описывал их по памяти;и находил горькое утешение, вспоминая его голос и изумление, которое я испытывал, наблюдая за стремительным полетом его мысли.
И сейчас, всякий раз, когда он раскладывал перед моим взором новую цепочку своих наблюдений, то казалось, что я только теперь до конца понял, как сильно тосковал по нему."


Автор Waid Бал-маскарад

@темы: фанфик, Шерлок Холмс, Джереми Бретт

11:40 



Все-таки я совершенно несобранный и безответственный человек - собралась по возможности посвятить день переводу и постараться добить в ближайшее время эту ужасную главу - так нет, сижу роюсь в фотках, дневниках, клипах, бог знает , в чем еще, но только не занимаюсь тем, чем нужно.

Читаю потихоньку "Трещину в линзе". Не скажу, что я в восторге. Читаю абы как, без словаря и это, конечно, совсем не хорошо, потому что автор к тому же еще решил использовать здесь некий диалект у отсталых, так сказать, слоев населения. Кухарка и девушка, которая нравится Холмсу, говорят так, что я порой только догадываюсь, о чем идет речь, даже если они говорят самые простые вещи. Кроме того, я оказалась двоечницей - Холмса готовят не к школе, а к Университету)). Соответственно лет ему совсем не двенадцать)).Отец хочет, чтобы он стал инженером, если не ошибаюсь, это прямая отсылка к Барринг Гоулду.
Приезжает профессор Мориарти. Он уже здесь похож на паука, а ушлый Холмс спрашивает себя, с какой радости столь именитый профессор решил посвятить себя обучению младшего сына сквайра. Причем, профессор тут - универсал, собирается заниматься с Холмсом еще и по другим предметам - греческому, латинскому, естественно, математике и астрономии, в которой Холмс канонично оказывается полным профаном.
Радуюсь, когда действие происходит в поместье, потому что язык местного населения понять почти невозможно))
***
На этой неделе сделала еще одно приобретение.

Штука довольно сомнительная - этот Маркум уже выпустил "Холмс вдали от дома" и "Холмс до Бейкер-стрит".Первая еще ждет своего часа, а про вторую я уже писала - это очень большое разочарование. Но мне все-таки неймется. Сначала заказала четвертую часть этого сборника, потому что там было что-то интересное, но она еще в процессе, а потом вот первую. Решила, что если не куплю, все равно буду мучиться сомнениями.Полистала, книга толстая, и вроде рассказы не совсем сухие. По крайней мере, местами там встречается что-то интересное.
Буржуи - люди восторженные -про ту книгу, что мне не понравилась, продолжают писать восхищенные отзывы. Может, я чего не поняла? Попробую потом к ней вернуться.
Но часто по тем же холмсовским пастишам бывает примерно вот такая картина в отзывах:
А.: Прекрасная книга, словно читаешь Дойля, невозможно оторваться!
Б: Зря убил время, книга не имеет никакого отношения к Шерлоку Холмсу. Автор совершенно не знаком с Каноном. Никому не советую покупать.
И это об одной и той же книге))

@темы: книжки, Шерлок Холмс, Джереми Бретт

11:05 

Всем доброго утра!

Как обещала))



Сразу хочу сказать, что вряд ли много найдется совсем уж редких фоток. Я специально очень придирчиво выбирала с чего начать. Фотка неидеальная, поскольку с Ebay, но вроде как редкая.Уперта с фейсбука.
Изначально фотки с Джереми меня интересовали в довольно меркантильном плане. Открыв для себя мир фанфиков, я решила сделать для себя , типа, книжку с иллюстрациями откуда не попадя)) И сначала это были фотки из нашего фильма с Ливановым. Потому что он "лучший в мире Холмс". Потом, когда я поняла, что это не совсем так, то переключилась на Гранаду и собирала фотки, которые могут мне пригодится. Поэтому большая часть моих фоток - это Гранада в самом разном качестве, далее коллажи, в основном, из той же Гранады, книжные иллюстрации, ну и потом я уже переключилась на фото самого Джереми, но в основном они всем известны. Но последнее время натыкалась на кое-что новое, чем в ближайшее время и поделюсь, включая кадры из фильмов и кое-какие коллажи.

***
Утро началось бурно. Начальство опять в отпуске и я рассчитывала доперевести хотя бы за рабочую неделю несчастную огромную главу "Детства ШХ". Там сплошные детские забавы, это какой-то викторианский вариант "Вити Малеева в школе и дома")) Наверное, я все-таки не очень такое люблю, поэтому временами шло со скрипом
Так вот, подхожу я утром к своей двери , а меня уже ждет клиент, довольно вредная дама, что не удивительно, так как не так давно ей пришлось ждать меня часа три, потому что руководство внезапно отправило меня в центр. Ну а ей, видно, везет по жизни, потому что на этот раз у меня не было света. Короче все утро я пробегала,металась между электриком, бухгалтерией и клиенткой и в результате опять надавали поручений, так что плодотворная неделя без начальства уже под вопросом.
***
В выходные мне опять таки приснился Холмс. На этот раз в виде портрета. Причем это снова не был ни один из актеров, а видимо именно тот Холмс из детства, что создался у меня в подсознании еще до просмотра разных его киновоплощений. Наверное, это была смесь из Рэтбоуна, Джереми Бретта и Ричардсона, если можно такое себе представить.
***
А я начала потихоньку читать "Трещину в линзе". В начале показалось, что тяжеловатый язык, но это больше от кучи новых слов в плане описания природы.Наверное, буду делиться впечатлениями от прочтения, потому что эту книгу вряд ли буду подробно переводить, хватит с меня и одного варианта детства Холмса)). Если честно, то взялась я за эту книгу потому, что у нее есть продолжения о жизни Холмса в Университете (тема довольно редкая) и еще более редкая тема Холмс - актер.Несмотря на существующие теории, мне она представляется отчасти спорной и захотелось почитать об этом что-то членораздельное.
Автор, явно, хорошо подкован в плане теорий, потому что, по-моему, тут есть что-то и из Реннисона и из Барринг Гоулда, хотя надо, наверное, почитать поподробнеее, что у них написано на этот счет. Помню, что мне как-то очень не понравилась теория, что Холмс колесил с родителями по Европе, если я не ошибаюсь.
Так вот, здесь Холмс уже явно не малыш, его называют молодым человеком, но поговаривают о его отправке в школу. Судя по всему, ему как минимум лет двенадцать. Он здесь не явный вундеркинд, хотя обладает известными способностями.Правда, отец уже сомневается, что из него выйдет что-то путное.
Болезненный мальчик со слабыми легкими, только что вернулся вместе с родителями из Франции, куда они ездили именно из-за его здоровья. Здесь братьев трое, присутствует еще и небезызвестный Шеррингфорд Холмс, старший брат, с полным отсутствием способностей к дедукции и анализу, зато наследник поместья.
Вообще эта версия более отвечает теории Джереми. Довольно холодное отношение родителей, и , по всей видимости,юношеская любовь. Интересно, что еще здесь видимо будет использована теория, что Мориарти был учителем Холмса. Пока довольно неплохо, кажется, написано очень художественно, насколько я могу понять))

@темы: про меня, книжки, Шерлок Холмс, Джереми Бретт

13:08 

Возвращаясь к недавней годовщине Джереми Бретта захотелось поделиться вот этим посвящением, которое , наверное, выражает наши общие чувства
Нашла это вот здесь

astronbookfilms.tumblr.com/post/165319707956/ta...





I missed all of yesterday, and I really have nothing new to contribute that’s Jeremy Brett-related–I don’t make shell mice, or puppets, or even GIFs . I did sort of spend the summer creating a monument to him in episode reviews (The Best And Wisest Adaptation I Have Ever Known). I have nothing new to add, really; I just wanted to stop and talk about him for a minute.

Well, I say “him.” I did not know the actual, living, unique organic human being that was Jeremy Brett; and in a way, that’s the weirdest thing about TV and film acting. It creates a strange kind of afterlife, in which the person still seems alive, but can no longer grow or change. We have the illusion that we are somehow in relationship with Jeremy Brett the person–an illusion which, since he put so much of himself into his Holmes, is extremely strong, but no less of an illusion for all that. And yet, it’s not entirely false, because the performance can’t ever really be separated from the performer.

Anyway, this is one of the reasons that despite my agnosticism in other areas I still hold on to belief in the afterlife: I’m unwilling to let go of the belief that, after death, we know all the things we didn’t know in life, including and especially the things people thought and felt and said about us that we either didn’t know about or couldn’t take in. Like, I don’t think any of us really feel, most of the time, how loved we really are. We focus instead on the ways in which we underperform and disappoint; we fear that we are unworthy of the love we are shown, and even worse, we fear that one day it will be withdrawn. Actors feel this on a grand scale because they are ‘known’ by so many more people than most of us ever are, and because they are constantly subjected to public criticism. And for someone struggling with so many illnesses, by the end, this constant self-doubt must have been many times magnified.

So it bothers me to think that while Brett was actually living, he may not have known or understood the impact that his work as Holmes–not that the other stuff doesn’t matter, but let’s face it, the Granada series was his magnum opus–had, and would have, on the people who loved it. Despite all the struggles, despite the show’s decline after the Case-Book series, despite the weight gain and everything else. I want to believe that where he is now, he can put it all in perspective and understand: all the day-to-day work I put in, the struggle to sustain the character, the times when I just couldn’t face going back in front of the cameras, now I understand that the way it felt to me was only one part of what that work meant. I want to believe that somewhere, now, he can look at all this and say, I’m satisfied with what I did, and I can feel now how much people appreciate it.

For whatever reason, this brings to mind a passage from a fic I wrote in which Brett’s Holmes does not appear at all. It’s a Sherlock/Doctor Who crossover called “Recovery” in which Harry Watson helps Donna get her memories back. When the Doctor shows up, there’s a big argument, and Harry at one point tries to remind him of what he already knows about what death does and doesn’t mean for human beings:

“Time is not a line,” Harry repeated, drawing a globe in the air. “That means death is not the end. Somewhere in time, we’re all dead. Somewhere in time, we’re all alive….What matters isn’t when we go,” Harry said. “What matters is what we give the universe while we’re in it. Because the universe is always changing, time is in flux, right,” Harry said, beginning to pick up speed. “The universe doesn’t end. It’s always there. As long as it changes it goes on living. We add what we can to it. You make yourself a bit of color and light, as bright and as beautiful as you can be. All across time we go on adding what we can, so the universe gets richer, so there’s more change and more new and more possibility.”

And I guess this is what I want to say about Jeremy Brett and his Sherlock Holmes. Through all the ups and downs and trouble and pain he gave the universe something wonderful, something that so many of us continue to cherish even at this point in time, 20 years after it wrapped, 30 years after it began. In a medium designed to be ephemeral, that’s an accomplishment; but more than that, he gave people something to love. That seems if anything more important to me now than it did when I was in my teens and still Figuring Things Out.

So thank you, ghost of Jeremy Brett. You were there for me as a lonely teenager and there again for me in my frustrating and difficult middle age, dealing with a million things over which I have no control. Wherever you are, I hope you understand that you gave the universe something unique, something only you could have done, but which has brought new color and light into the lives of so many people you never knew.

This is a beautiful tribute.

@темы: Джереми Бретт, Шерлок Холмс

17:24 

Новые сокровища

Сегодня встала в предвкушении, что привезут мой заказ Холмсо-книг. И с утра все шло, как по маслу -я везде успевала, все у меня получалось. И с деловым поручением меня отправили как раз уже после приезда курьера. Зато, когда я вернулась, произошел облом и поперли дела, причем все скопом.
У меня работа, почти, как у Холмса - либо вообще делать нечего и я страдаю, что никому не нужна, либо я ношусь, как безумная, практически без обеда, и при этом еще происходят какие-то авралы, вот как сегодня, и я оказываюсь меж двух огней. И как при этом грели сердце мои книжки, лежавшие на краю стола. Но это я так , просто проза жизни.

Теперь насчет книжек. Заказ был вот уж точно по цене самолета, даже сказать неудобно, сколько. И мне этих денег не жалко, потому что все эти книги очень хотела. Хотя, возможно, еще и пожалею, когда перейду к подробному изучению.
Но тут я хочу сделать лирическое отступление. И все опять относительно книги Линдси Мэй, которую читаю и постоянно нахваливаю. Мне таких пастишей еще не попадалось - может, конечно, сами расследования немного и скучноваты, это будет видно, когда буду их подробно переводить, - но, на мой взгляд это самое приближенное к Дойлю произведение. Герои идеально в характере, расследования не сухие, все это проходит через призму отношений Холмса и Уотсона.
Там практически нет Мэри, лишь слегка упоминается о ней.
Холмс по-дойлевски остроумен и язвителен, Уотсон нежен и заботлив, но временами и вспыльчив - все в меру. В рассказах после Возвращения везде присутствует оглядка на Рейхенбах, они все время возвращаются к этому, не хотят, но возвращаются, даже Лестрейд, что было внезапно. Книгу уже дочитываю, и пока встретила лишь один рассказ, который, наверное, не буду переводить - это по иронии судьбы тот самый, о котором я как-то говорила - Уотсон рассказывает Холмсу о своей жизни в Сан-Франциско, даже не о жизни, а о случае, который с ним там произошел .Там не было рассказа ни о какой первой миссис Уотсон, между прочим. Рассказ не очень интересен, только лишь сама беседа Холмса и Уотсона. Все остальные рассказы просто супер! а ведь книгу купила почти от фонаря)) Так что бывает всяко.

Так вот. Самый главный раритет моего заказа



Картинку привела из интернета. Книга пришла ,увы,в неродной обложке, это оказалось репринтное издание 1989 года, но я все равно рада, потому что это толстый сборник исследований по Холмсу. Приведу некоторые названия глав "Религиозный Шерлок Холмс", "Шерлок Холмс не был взломщиком", "Шерлок Холмс - собиратель редких книг", "Не вините Уотсона", "Наследство миссис Хадсон", "Холмс- гастроном" и т.д. Короче, я довольна, как слон, но надо все изучать.



Книга на тему Холмс и религия. Где-то в аннотации Мейер говорит, что считает весь цикл про Холмса сродни Библии. Грубо говоря, книга на тему Холмс и религия. Эта тема меня очень давно интересует, так что тоже очень рада, что приобрела. А вначале сказали, что вряд ли будет. Порадовали в общем.
Ну и еще две книги - пастиши. Одна из них тоже на тему детства.



Я когда-то ей заинтересовалась, еще когда мне и не снились покупки буржуйских книг. Потом засомневалась, потому что там задействована девочка - подружка. Детская любовь , короче. Как-то мне эта идея не очень понравилась, а сейчас поняла, что хочу, тем более, что там еще есть продолжение, которое меня очень интересует.



Сейчас объясню, почему меня заинтересовала эта книга. Прочла я как-то незаконченный, но совершенно классный фик - для расследования по просьбе Майкрофта Холмс занимает место скрипача в оркестре. Начинает репетировать и дома и в театре. В общем, Холмс-скрипач... Фик был увы, незакончен, но мне очень понравился и есть у меня подозрение, что эта книга как-то с ним связана. Вот
Вот все. Буду изучать и , естественно делиться.

@темы: Шерлок Холмс, книжки, про меня

02:57 

"Артистичность в крови" и Орас Верне

В принципе это был довольно обычный фанфик, но он вызвал довольно сильные впечатления именно какой-то своей подлинностью. В принципе эта тема уже поднималась и раньше и похожий фанфик я уже как-то здесь выкладывала, так что тема, в общем не нова.
Сначала я представлю сам фанфик и то, что к нему прилагается)), а потом скажу еще кое-что от себя.

Артистичность в крови

За все годы моей дружбы с Шерлоком Холмсом я почти ничего не узнал о его семье и практически ничего о его детских и отроческих годах, если не считать рассказов о странном братском соперничестве, о котором заходила речь почти всегда, когда Холмс упоминал своего брата. Я убежден, что если бы Майкрофт не обратился за помощью к своему брату в связи с «Делом греческого переводчика», я остался бы в полном неведении о его существовании. Холмс был (и есть) патологически скрытен, и настолько, что это граничит с умышленным умалчиванием, которое способно скорее разжечь любопытство у окружающих его людей, нежели подавить его. После стольких лет нашей дружбы мне так и не было известно графство, в котором он вырос или даже имя его отца. Прилагая усилия к тому, чтобы выглядеть уникальным в глазах всего мира, Холмс, словно специально скрыл все, что могло бы рассказать о том, какая среда смогла породить такое поразительное существо. Однако, порой какая-то случайная информация все же пробивалась на свет, несмотря на все его усилия.
Признаюсь, что я был далек от таких мыслей в то утро в конце 1897 года, когда во время завтрака нам принесли телеграмму. Холмс вскрыл ее ножом для масла, не отводя глаз от передовицы «Таймс», и едва взглянул на ее содержание.
- От брата Майкрофта, - сказал он в ответ на мой молчаливый вопрос.
- Что-то важное? – поинтересовался я. Старший Холмс редко писал, не имея на то веских оснований, и никогда не заходил к брату, если только речь не шла о безопасности государства.
- Навряд ли. Он предлагает мне взглянуть на новую выставку французских художников в Мэйфере.
Холмс бросил телеграмму на середину стола, где она едва не попала на тарелку с недоеденной яичницей с ветчиной, и вернулся к своей газете, не проявив явного интереса к посланию старшего брата.
Я взял желтый бланк. Сообщение было коротким и строго по существу, что было типично для человека, который предпочитал не тратить энергию там, где можно было этого избежать:
КОЛЛЕКЦИЯ ФРАНЦУЗСКОЙ ЖИВОПИСИ, В ТОМ ЧИСЛЕ БАТАЛЬНЫЕ ПОЛОТНА, ВЫСТАВЛЕНА В ГАЛЛЕРЕЕ КРУКШЕНКА. РЕКОМЕНДУЮ ПОСЕТИТЬ. М.
- Звучит интересно, - заметил я, потянувшись за кофейником. – Возможно, в особенности стоит взглянуть на батальные картины.
Холмс бросил на меня поверх газеты удивленный взгляд.
- Вы хотите пойти?
Я пожал плечами.
- Сегодня у меня нет особых дел. А вы заняты?
Он взял у меня телеграмму своими длинными пальцами и прочитал ее еще раз.
- Что, черт возьми, хочет этим сказать мой брат ? – произнес он. – Уверен, что сам он не доковылял туда, чтобы увидеть эти картины самому.
Некоторое время он смотрел на телеграмму, постукивая по столу пальцами и нахмурив брови. Наконец, видимо, что-то пришло ему в голову и он, отбросив телеграмму в сторону, снова вернулся к «Таймс» и стал листать газету, пока не наткнулся на какую-то статью, и на его лице появилась улыбка. Зашелестев страницами , Холмс сложил газету, бросил ее на диван и резко встал со стула.
- Ну, что, доктор, пойдем? Я вижу, вы закончили свой завтрак?
- Конечно, но, Холмс, что все это значит? – спросил я, стараясь не обжечься, поспешно допивая остатки своего кофе. Холмс скрылся в своей спальне, чтобы одеться, и я услышал, как он выдвигает там ящики и хлопает дверями своего гардероба. Через несколько минут он появился в пальто и шляпе, держа в руках перчатки и трость.
- Немного озорства со стороны моего выдающегося брата, - ответил мой друг, увлекая меня к выходу.
***
За время нашего недолгого пути к галерее Холмс не сказал ни слова, несмотря на все мои попытки его расспросить.
Было все еще довольно рано, и всего несколько посетителей почтили своим визитом эти элегантные залы, давая нам возможность свободно изучать выставленную коллекцию. Как я и ожидал, картины, изображающие поля сражений, в особенности победные битвы Наполеона, были довольно впечатляющи, так же, как и морские пейзажи более раннего периода, полные волнения и драматической игры света. Однако, Холмса, кажется, больше заинтересовали несколько портретов, висевших немного в стороне от больших батальных полотен. Я понятия не имел о том, кто там был изображен, ибо Холмс не дал мне возможности пробрести на входе каталог выставки, но они были прекрасны. Постепенно я уловил между ними определенное фамильное сходство и что-то еще, чего я не мог пока полностью понять. В этих лицах было что-то знакомое, что было довольно странно, так как я знал, что никогда прежде не видел ни одного из этих портретов.
- Холмс, что происходит? – спросил я, наконец, последовав за ним в последний зал выставки. – Видимо, есть причина, по которой Майкрофт предложил вам сюда прийти, но я никак не могу себе представить, в чем она может состоять. Вы знаете этого художника?
- Точнее, это три художника, из одной семьи, - и нет, лично я их не знал. Они умерли довольно давно.
- Тогда почему мы здесь? Ваш брат специально спровоцировал это?
- Как всегда. Ему это свойственно. Но взгляните вон туда, мой дорогой друг, а потом скажите мне, что вы все еще не понимаете, почему мы здесь.
Он указал тростью на полотно, находящееся в центре противоположной стены и жестом показал мне, чтобы я подошел поближе.
Так я и сделал, хотя мой друг остался на месте, наблюдая за мной с улыбкой сфинкса. Я повернулся к картине, на которую он указал, и когда взглянул на нее, то не смог сдержать невольного восклицания – в ту же секунду я немедленно понял, почему Майкрофт послал нас сюда.
Человек в центре этой картины смотрел назад, на публику, практически через плечо, очевидно потревоженный в тот момент, когда просто курил сигарету. Налево от него стояла стремянка, лежали кисти и палитра художника, направо был вид, судя по всему , итальянский. Он носил синий халат и щегольские бакенбарды того же каштанового оттенка, что и его волосы, но это лицо… это лицо я знал очень хорошо. Эти черты с орлиным носом и пронзительным взглядом я узнал бы где угодно, и я оглянулся на Холмса, чтобы убедиться, что он,и в самом деле, все еще стоит у меня за спиной.
Он подошел ко мне и тоже посмотрел на портрет.
- Орас Верне, мой двоюродный дед, - пояснил Холмс. – Полагаю, он написал этот портрет где-то в тридцатых годах, когда был директором Французской Академии в Риме.
Я изумленно уставился на него.
- Это брат вашей бабушки?
- Он самый. На самом деле, Уотсон, в вашем художественном образовании ощущаются заметные пробелы, - сказал мой друг, смеясь.- Вся эта выставка состоит из работ моих предков – Наполеоновское сражение – работа моего прадеда, а морские пейзажи принадлежат кисти его отца. Майкрофт, изолированный от мира в своей башне из слоновой кости, то бишь в Уайт-холле, подумал, что я не узнаю о том, что картины привезены в Лондон.
- Боже милостивый… Но какое сходство, Холмс – вы так похожи на него!
- Уверяю вас, это замечали и прежде. Мою мать все боле и более раздражало, когда говорили, что во мне нет ничего от ее родни.
Я покачал головой.
- Я и понятия не имел.
- Конечно, старина, потому что я не говорил вам об этом. Однако, когда мои предки выставлены на обозрение перед широкой публикой , наверное, с моей стороны было бы довольно неучтиво самому не показать их вам. - Он взмахнул рукой, описывая незримый круг по выставочному залу.- И вот теперь вы их увидели.
- Я вам благодарен, - сказал я, и это было искренне. Судя по тому, как скрытен был Холмс во всем, что касалось его семьи, это дорогого стоило.
- Но у меня есть одно условие, - продолжил он.- Чтобы вы ни разу не упоминали об этом ни в одном из ваших романтических повествований о моей деятельности. Конечно, временами известность может быть и полезна , но у меня нет никакого желания лицезреть, как огромные толпы лондонского населения выстраиваются в очередь, дабы полюбоваться на моих предков.
- Ваша тайна останется между нами, - заверил я его, надеясь, что Холмс забыл, что я ранее упоминал о его бабушке в рассказе о деле мистера Меласа.
Мой друг улыбнулся.
- Отлично, Уотсон! Теперь, когда мы выполнили желание брата Майкрофта, мы можем немного развлечься. Чашка кофе и на концерт в Сент-Джеймс-холл?
- Отличная идея, Холмс, - согласился я, и мы покинули галерею.
Проходя мимо портрета Ораса Верне, я, молча, поблагодарил его и его семью за то, что они позволили мне еще немного приблизиться к моему другу. Взгляд на Холмса в контексте с его предками ничуть не преуменьшил его уникальность, ибо в целом мире не было другого такого человека. Напротив, это делало его более человечным, и всего на мгновение, более похожим на любого из нас. Мне стало вдруг интересно, что бы они подумали о нем. Не сомневаюсь, что они бы им гордились, также как и я.
Артистичность, когда она в крови, закономерно принимает самые удивительные формы…

Вот он этот портрет.



Возможно, я очень впечатлительна, но он почему-то произвел очень сильное впечатление. И впечатление у меня было такое же, как у Уотсона, как это ни странно. Что-то знакомое... И не то, чтобы он был похож на кого-то из актеров, игравших Холмса, но вот что-то именно неуловимое. Может быть, этот образ как-то напомнил тот образ, что сложился еще в детстве, еще до всех фильмов. В общем, словами я свое впечатление описать не могу. Фанфик прочла впервые на работе пару недель назад и сразу полезла искать портрет. Раньше видела только тот, что с длинной трубкой. И очень быстро нашла вот этот. Очень долго сидела и просто смотрела на него. Что-то в нем такое было...
И после этого я полезла искать другие портреты этого Ораса Верне. Нашла вот еще несколько, где почему-то он мне скорее напомнил Ливанова.







Потом я уже заинтересовалась этим человеком и почитала о нем то, что смогла найти.
Орас Верне (1789-1863) - французский художник и дипломат. Сделал блестящую карьеру художника и дипломата, входя в политическую элиту страны как при Бонапарте, так и во время Реставрации. Был директором Французской академии в Риме (1829—1835). Побывал вместе с французской армией в Алжире (1833), в 1836 и 1842—1843 приезжал с дипломатическими поручениями в Россию, где написал несколько картин по заказам двора. Любил писать яростные схватки и бурные пейзажи, нередко сочетая их в едином образе (Битва на море, 1825, Эрмитаж, Санкт-Петербург). Испытывал влечение к остродраматической экзотике (Мазепа, преследуемый волками, 1826—1827, Музей Кальве, Авиньон). Его североафриканские мотивы оказали большое влияние на развитие ориентализма.
Орас Верне умер 3 декабря 1863 года в родном городе. Умирая он сожалел: «Стоило ли так любить армию и флот, чтобы умереть в кровати, как какой-нибудь лавочник». Сильный этой любовью, он необычайно популяризировал батальную живопись. Он нравился публике, в изображении близких патриотическим сердцам событий он просто, понятно, без придворных или классических условностей, но корректно, с чисто французским шармом, рисовал войну. Историческая заслуга Верне в том, что он окончательно порвал с классицизмом и утвердил в батальной живописи, если не вполне еще реальный, то всё же простой, свободный стиль, ставший основой дальнейшего прогресса этого направления в искусстве.
Это описание также произвело на меня впечатление. Есть в нем некоторые особенности, которые напоминают о другом человеке. И эти биографические данные вызывали в памяти "артистичность в крови", которая может принимать разные формы.
И еще я в который раз подумала о Дойле. Что же он все-таки такое написал? И вот эта семья художников... Похоже, что она выбрана не наобум. И ладно бы , если упоминание о Верне было бы в самом начале, в "Этюде"... Я даже не могу точно описать всех мыслей, которые у меня промелькнули при сопоставлении этих портретов, жизнеописания и того, что Дойль указал вот этих реально существующих художников. Короче, информация к размышлению...

@темы: фанфик, перевод, Шерлок Холмс, Холмсомания

14:03 

Чисто впечатления дня

Очень мне нравятся такие совпадения, о которых мы уже неоднократно говорили. Собралась я вроде в выходные заняться переводом фика "Артистичность в крови" А поскольку где-то глубоко его закопала - знаю в какую папку, но все это доставать целое дело - то он ждет до сегодняшнего вечера. А пока сижу потихоньку дальше ковыряюсь с "Детством" . И что бы вы думали - как раз сейчас в этом "Детстве" пошла как раз эта самая тема - артистичность, Верне и прочее. Пишу с большим удовольствием, говорю пишу, потому что даже позволяю себе немного вольности, и вдохновение прет - вот правда, как будто по писанному все идет.
А сегодня еще немного рылась на фанфикшене и почему-то опять мысль мелькнула: что там все-таки случилось, что все эти деятели свою деятельность прекратили. Бесследно. Вот этот период с 2008 по 2010 - просто Золотой век какой-то. И большие на 20 глав фики, и зарисовки. Фесты на Рождество, на ДР Холмса - причем это все было не слэшным, ну или слэшным, но с таким слэшем в духе Дойля, но от некоторых вещей просто не оторваться.
И куда все делось?Все резко вышли замуж и засосало в реальную жизнь? Полностью потеряли интерес? Просто интересно. Ну, ладно несколько человек. Но когда весь цвет, так сказать, сайта. Остались слезы одни: мисс Холмс и мисс Ватсон, кроссоверы с другими фандомами, рассказы как у одной школьницы в ванной комнате появился Шерлок Холмс и далее в том же духе.
А я там сегодня наткнулась на один старый фик и как-то подумала о нем с позиции слэшера. В "Умирающем детективе" после того, как все закончилось Уотсон тащит Холмс поправлять здоровье....к себе в квартиру. Не подумайте, что это слэш! А дальше он и Мэри заботятся о Холмсе - кормят, поят, а потом- Холмс, ну ладно, мы с Мэри спать пойдем. Вам точно ничего больше не нужно? Прямо осчастливили его...
Ну, и под конец фотки Джереми с фейсбука. Собственно, это, наверное скрины






@темы: Джереми Бретт, Про меня, Шерлок Холмс

06:21 

Всех с пятницей!


@темы: Шерлок Холмс, Джереми Бретт

17:30 

Детство Шерлока Холмса Глава 10

Гениальный Шерлок

Уже привыкшие говорить с Майкрофтом, как с равным, Холмсы комфортно себя чувствовали, разговаривая со своим младшим сыном совершенно по-взрослому и то, что он понимал их и соответственно отвечал им, они воспринимали как нечто само собой разумеющееся. Мне стало казаться, что видя других детей, они скорее предпочитали считать их глуповатыми и даже умственно отсталыми, нежели признать, что каким-то невероятным образом (даже если и без участия эльфов) они были родителями двух гениальных детей, чьи навыки речи намного опережали их нежный возраст. И надо сказать, что мистер и миссис Холмс испытывали существенные трудности, разговаривая с другими детьми, ибо у них не было такого опыта, и они не понимали, что с этими мальчиками и девочками надо говорить на более простом языке.

Хотя мастер Шерлок все еще не любил сидеть в обществе взрослых , свои навыки речи и словарный запас он пополнял через общение с родителями, которые говорили с ним, как со взрослым. Также он говорил со мной, с другими домашними слугами, с миссис Смит, садовником и кучером, с фермерами и любым из гостей, поговорившим с ним с глазу на глаз. Мистер Корнелиус Браун и отец Меткалф всегда были рады поговорить с мальчиком, и еще он любил слушать, как миссис Хэствелл рассказывает о музеях разных стран, в которых она побывала. Он совсем не был застенчивым мальчиком, но, кажется, получал больше пользы от разговора с собеседником один на один, в отличие от его старшего брата, который просто сидел и слушал, как говорит целое общество гостей.

Если мастер Майкрофт удовольствовался тем, что узнавал новое от того, что пассивно слушал других и еще из книг, мастер Шерлок предпочитал на собственном опыте узнать то, чему хотел научиться. Он бы скорее предпочел увидеть, как Клара чистит каминную решетку и разводит огонь, нежели просто прочитать книгу о том, как это делается. Много раз он просил, чтобы ему разрешили сделать это самому и упрашивал родителей, чтобы те позволили слугам научить его мыть пол, полировать мебель , стирать белье и т.д. Мистер Уилкокс научил его чистить лошадей, хотя для этого мальчику приходилось забираться на стул. Мистер Денкинс научил мальчика сажать салат-латук и как подрезать платан и живые изгороди шиповника и ставить капканы на грызунов. Миссис Уинтерс – перекрестившись – показала ему, как ощипать цыпленка, развести огонь в жаровне и как готовить в ней еду; он также помогал ей готовить овсяные лепешки.

Мать научила мастера Шерлока, как составляются букеты из цветов, показала ему основы вязания, хотя увидев это, мистер Холмс слегка нахмурился. Отец показал ему, как бриться, научил , как сидеть на лошади, показал, как он ведет учет доходов и расходов, позволил сыну наблюдать за ним, когда он выполняет обязанности мирового судьи. Да, да, мальчик, и в самом деле, с самого начала проявил интерес к преступлениям.

Мастер Шерлок с легкостью подходил к любому и просил показать ему, что он делает. То, что он подходил к ним с очаровательной улыбкой и сияющими глазами (вместо того, чтобы молча впиваться в них взглядом, анализируя каждое движение) способствовало дружелюбию и открытости в других, и помогло мастеру Шерлоку многому научиться, также, как и его брату, но без тех негативных чувств и дискомфорта, которые порождал порой Майкрофт. Фактически, часто случалось совсем противоположное. Так, например, после двух или трех уроков на кухне, которые преподала ему миссис Уинтерс, мальчик сам стал креститься каждый раз, когда встречался с ней или даже, когда просто упоминалось ее имя, что вызывало бесконечное веселье у всей прислуги. Его не по годам развитый ум вкупе с самой его личностью вызывали всеобщее одобрение, а отнюдь не раздражение, и эта разница между его натурой и натурой старшего брата принесла ему любовь и расположение окружающих.

Мастер Майкрофт вернулся домой на рождественские каникулы зимой 1856 года; его брат был страшно рад его приезду. Так как мастер Шерлок родился тогда, когда его родители уже вышли из возраста, в котором обычно производят на свет детей, дети их друзей , в основном, были значительно старше мастера Шерлока и большую часть времени проводили дома со своими домашними учителями или даже уже посещали школы, подобно мастеру Майкрофту. Маленький Шерлок еще не бродил по долинам, к вящему неудовольствию своих родителей; поэтому у него еще не было друзей среди бедных фермеров и деревенских мальчуганов. Мальчик по большей части был один или же с взрослыми, которые и служили ему предметом для подражания. Появление брата позволило ему поближе сойтись с кем-то, кто был ближе ему по возрасту. Кроме того, этому мальчику нравились все окружающие его люди, и он всем сердцем привязался к старшему брату. Собственно говоря, мастер Шерлок возвел его в статус героя, благодаря его способности наблюдать и делать выводы.

И в один прекрасный день во время тех рождественских каникул мастера Майкрофта, наконец, весьма заинтересовал младший брат. Та зима была довольно мягкой, и мистер и миссис Холмс взяли с собой сыновей в Лэйберн, куда они поехали на ярмарку взглянуть на мебель Уинсби, которую эта уважаемая семья как раз представила на общее обозрение. Мистер Холмс намеревался заказать новый гардероб из красного дерева, диван для библиотеки и несколько шкафчиков в кухню. Будучи доволен качеством стульев, которые он несколько лет назад купил у Томаса Уинсби для утренней комнаты, он решил вновь посетить его магазин и подумал, что для этого как раз подойдет день, когда они всей семьей будут совершать прогулку по Лэйберну. После их возвращения, когда мальчики пошли спать, я услышал, как мистер Холмс рассказывал, что когда они приехали в город, Майкрофт и Шерлок были поглощены толпой на улицах.

- Майкрофт, а как ты можешь отличить колесного мастера от кузнеца? – спросил брата двухлетний Шерлок. – Ведь и у того и у другого похожие мускулы на руках и широкие спины.
Мастер Майкрофт несколько секунд в немом изумлении смотрел на брата.
- Что ты сказал?
- Мама говорит, что ты очень наблюдателен. И мне нравится замечать что-то , видеть, чем отличаются друг от друга предметы. Мне нравится при встрече с людьми понимать, что их отличает от других, но у меня еще не очень хорошо все получается. Как ты мог бы отличить колесного мастера от кузнеца?
- Шерлок, я не знала, что тебя интересуют такие вещи, - заметила миссис Холмс.
- О, да, мама. Это так занятно.

Мистер Холмс сказал, что мастер Майкрофт явно повеселел, хотя я лично думаю, что если сказать , что он с довольным видом потер руки , это не будет явным преувеличением.

- Конечно, мускулатура у них похожая, Шерлок, - начал старший брат, - ведь они оба заняты тяжелым физическим трудом. Ты должен искать различия, где только можешь, и потом используй свой мозг, чтобы распознать то, что видят твои глаза. Вот, например, на твой простой вопрос есть несколько очевидных ответов: к примеру, фартук кузнеца. Если на нем его нет, но ты все же подозреваешь, что это кузнец, обрати внимание на грязь на нижней части ног и на рукавах – на тех частях, где фартук не защищает одежду кузнеца от копоти. И можно еще заметить, что вокруг шеи его кожа гораздо чище – там, где были завязки фартука. У колесного мастера на одежде будут опилки; у кузнеца их быть не должно. И у кузнецов вполне вероятно будет покрасневшее лицо от долгого пребывания возле горна. И смотри , есть ли при них какие-нибудь инструменты; они часто могут быть последним подтверждающим доказательством. Узнай все, что можешь об инструментах.

Мистер Холмс рассказал, что мастер Майкрофт никогда еще не был столь разговорчив и весь оставшийся день он поучал своего младшего брата – который смотрел на него широко распахнутыми глазами – относительно тонкостей, присущих тем людям, которые попадались им на пути.
- Это была длительная поездка, - сказал мистер Холмс. – И должен сказать вам, Брюстер, мы с миссис Холмс чувствовали себя лишними, когда Майкрофт говорил о своих выводах. Я… беспокоюсь о Шерлоке.
- Сэр?
- Одного гения для меня более, чем достаточно, - сказал он.

В тот вечер он поздно лег спать и на следующий день встал очень поздно. Первое, что я заметил утром, это пустой графин из-под виски в гостиной. Зная свои обязанности, я вновь наполнил его, и весь день старался быть очень внимательным к немного грустной миссис Холмс.

Что касается мастера Майкрофта, еще один год, проведенный им в школе, совсем не изменил его; он продолжал делать свои наблюдения, бесконечно читал свои книги, был все так же тяжел на подъем и не проявлял никакого желания к физической активности. Впрочем, он был еще более молчалив и не желал при всех говорить о своих выводах. Мастер Шерлок обожал его; он был похож на борзого щенка, прыгающего и вертящегося вокруг своего брата, напоминающего своей невозмутимостью большого бульдога. Однако после поездки в Лэйберн мастер Майкрофт , казалось, не возражал против постоянного внимания своего младшего брата; и они часто уединялись и вели какие-то разговоры. Мастер Шерлок жаждал услышать обо всем, что происходило с его старшим братом в школе, и показывал ему все, что знал в Хиллкрофт Хаусе. Мальчуган смог даже уговорить брата прогуляться с ним по парку и съездить с ним в экипаже в деревню. После пары таких поездок я с удивлением услышал, как мастер Майкрофт спрашивает Шерлока, не хочет ли он поехать еще, на что последний тут же радостно согласился с необычайной готовностью.

Родители были обеспокоены, когда два брата стали уединяться; о чем могли они говорить по нескольку часов подряд? Думаю, Холмсы опасались, что мастер Майкрофт сможет каким-то образом изменить маленького Шерлока, сделать его более непостижимым, более замкнутым – таким , каким и был их старший сын – непохожим ни на кого, совершенно особенным. Для каждого сейчас, даже для миссис Уинтерс – мастер Шерлок был скорее дружелюбным мальчуганом, а не замкнутым в себе гением, и никто не желал, чтобы он превратился в мастера Майкрофта.

Всем стало очевидно, какие отношения связывают мастера Шерлока с братом во время одного несчастного случая. Однажды миссис Холмс слегка простудилась – она была весьма подвержена различным простудам – и я принес завтрак на серебряном подносе к ней в комнату. Услышав, что его мать плохо себя чувствует, после завтрака, к которому он даже ни притронулся, (даже брат не смог заставить его поесть), мастер Шерлок с позволения своего отца пришел навестить миссис Холмс. Мастер Шерлок разговаривал с ней полчаса, а затем понимая, что она нуждается в отдыхе, попрощался и захватил поднос, чтобы отнести его в кухню и избавить, таким образом, от хлопот мисс Борель. На верхней площадке лестницы его прирожденная импульсивность одержала верх и, составив блюда и столовые приборы на пол, он попробовал съехать с лестницы на подносе. Мастер Шерлок проехал примерно с четверть пролета и тут поднос зацепился за ступеньку и весь оставшийся путь мальчик вместе с подносом полетели кувырком. Господи! Раздался ужасный грохот, который услышали все, находившиеся в доме, даже миссис Холмс, которая поднялась с постели и пошла выяснять, что послужило причиной такого шума.
Семья и слуги собрались в холле, мастер Шерлок сидел, твердо опираясь руками об пол, чтобы сохранять равновесие, неосознанно крутя головой. Посередине его лба красовался большой синяк, он уже припух и посинел. Помятый поднос прикрывал его ноги наподобие одеяла. Отец сгреб в охапку своего полубесчувственного сына и побежал с ним в утреннюю комнату, где положил его на диван, а мать, обезумев, бросилась бежать им вслед вниз по лестнице, едва не наступая на полы своего халата. Тем временем мастер Майкрофт поднял поднос и внимательно осмотрел его.

Мастеру Шерлоку положили на лоб влажное полотенце.
- Шерлок, ты в порядке? – воскликнул мистер Холмс, с опаской обследуя мальчика на предмет переломов и ран.
- О, боже, - зарыдала миссис Холмс. – Что случилось? Дэвид, с ним все хорошо? Брюстер, пошлите Уилкокса за мистером Ирвином.
Я пошел к выходу.
- Подождите, Брюстер, подождите. Кажется, он приходит в себя. Кэтрин, я не думаю, что мальчик что-нибудь сломал. Шерлок, ты слышишь меня?
Взгляд мастера Шерлока, слава богу, вновь сфокусировался. Он коснулся рукой головы и охнул, а потом заметил, что все обеспокоенно смотрят на него.
- Ох, я что, упал?
Прежде, чем кто-то нашелся, что сказать, сзади раздался насмешливый голос мастера Майкрофта.
- Ну, разумеется, ты упал, Шерлок. Да и как могло быть иначе? Из того, что я понял по следам твоих рук и подошв на подносе, очевидно, что ты двигался коленями вперед, а в таком положении ты просто бы не смог благополучно достичь нижней площадки. Если ты хочешь съехать на подносе по лестнице, то ты должен сидеть, перенеся весь вес на заднюю сторону, это позволило бы переднему краю приподняться над ступенями. Только так ты мог бы избежать того, что случилось. Ты импульсивный дурачок, Шерлок; когда в следующий раз решишь выкинуть подобный фокус, пользуйся своими мозгами.
От этой речи онемел не только мастер Шерлок, но и все присутствующие. И я видел, как во время этого выговора дернулось лицо мистера Холмса, но было ли то от раздражения, нетерпения или еще от каких чувств, сказать не могу.
Тут заговорила миссис Холмс:
- Ну хватит, Майкрофт. Я уверена, что Шерлок понял, как ужасно то, что он сделал. И хорошо еще, что он пострадал совсем немного.
- Я понял , мама, и я прошу прощения. Но Майкрофт прав, я упирался коленями в передний край подноса. – Он с восхищением посмотрел на брата. – В следующий раз, Майкрофт, я сперва подумаю.
- Отлично! Мне бы не хотелось, чтобы мой брат совершал такие глупости и в результате едва не погиб.
Мистер Холмс порывисто поднялся на ноги.
- Ну, все, все волнения позади. Все могут вернуться к своим делам. Кэтрин, ты иди в постель. Майкрофт, возвращайся к своим книгам. А ты, мой мальчик, - сказал он, указывая пальцем на своего младшего сына, - на два дня останешься в постели.
Он отнес мальчика наверх, и следом за ними поднялась Клара, неся миску с холодной водой и влажное полотенце. Майкрофт сидел рядом с братом все эти дни, освободив няню от ее обязанностей; и это одновременно и радовало и тревожило его отца. Его определенно радовало, что несмотря на довольно ощутимую разницу в возрасте, мальчики так сблизились; но мне кажется, он не хотел думать о том, чему еще мог научить Майкрофт своего младшего брата, который с таким рвением прислушивался ко всему, что он говорил. Несомненно, мы все в глубине души беспокоились о том же. Когда мастер Майкрофт уехал в школу, обняв на прощание Шерлока, думаю, в доме стало заметно легче дышать.
Вскоре после отъезда Майкрофта, мастер Шерлок попросил меня привести к нему в детскую его родителей, когда они вернутся с обеда у Меткалфов. Так я и сделал, и, войдя к сыну, они спросили, что он хочет.

Мастер Шерлок стоял на стуле и положил десятый деревянный брусок на башню из девяти таких же брусков, что он воздвиг на полу. На минуту он в задумчивости остановился, а затем потянулся за одиннадцатым бруском из числа тех, что лежали на сидении стула возле его ног. Затем он сказал:

-Майкрофт сказал, что мне пора научиться читать. Вы могли бы пригласить для этого мистера Уортона? Майкрофт очень его рекомендует.
Его родители побледнели. Я уверен, что в душе они рыдали, взывая к небесам: Теперь нам суждено потерять из-за этой ужасной гениальности и этого ребенка!
- Ты хочешь научиться читать? – спросила его мать, взглянув на мистера Холмса.
- Да, мама, - сказал мастер Шерлок, благополучно водрузив одиннадцатый брусок на верх своей пирамиды. Он указал на нее родителям, гордо выпятив грудь, а затем потянулся за двенадцатым бруском. – Но, если вы не против, то я хотел бы только научиться читать и писать на латинском, греческом и французском. И я все-таки хотел бы еще и играть, даже если Майкрофт не согласен. Он, конечно, всего не скажет, но я думаю, он беспокоится из-за моей импульсивности. Он бы предпочел, чтобы я все время занимался, как он. Но это не по мне.
Родители стояли и, молча, наблюдали за тем, как он сосредоточился на своих брусках. На какую-то минуту они точно онемели; по их лицам точно пронесся целый вихрь различных эмоций.
Двенадцатый брусок был довольно рискованно водружен поверх остальных и колона зашаталась. Не отводя глаз, мастер Шерлок следил за своей башней.
- Восемь секунд, - изрек он.
Как один, все мы стояли, наблюдая за башней и часами на столе. Через восемь секунд башня накренилась вправо и все бруски рассыпались.
- Ха! – воскликнул мастер Шерлок. – Возможно, Майкрофт был прав.
- Майкрофт, - наконец, пробормотал мистер Холмс. А на следующий день я вынес из его кабинета пустую бутылку.
Вновь был приглашен мистер Уортон, который был только рад, что снова будет учить еще одного не по годам развитого ребенка.
- Я о таком еще не слышал, - сказал он Холмсам. – Знаете ли, гении приходят и уходят, но иметь двух таких детей – такое трудно себе представить. Мне бы следовало написать о них и предложить кому-нибудь опубликовать.
Миссис Холмс вскрикнула так громко, что это ошеломило мистера Уортона, мистера Холмса и ее саму.
- Вы не сделаете ничего подобного, мистер Уортон. Я категорически запрещаю вам даже упоминать о такой абсурдной идее. Мы будем очень довольны, если вы будете просто учить наших сыновей и избавитесь от мыслей о рассказе об их способностях.
Они уже достаточно намучились, стараясь чтобы дети принадлежали только им, и самое последнее, чего хотели бы Холмсы - это непрошенное вторжение пытливых исследователей.
Мистер Уортон очень сокрушался; он тотчас же со всем согласился, и я повел его в детскую, где его ждал мастер Шерлок. Учитывая просьбу самого мальчика, мистер Уортон занимался с ним только три часа с девяти утра и до полудня; днем он мог играть и изучать дом и его окрестности.

Прошло еще немного времени; был конец весны 1857 года.

Мастер Шерлок мог уже читать и писать, знал склонения, спряжения и прочие премудрости латинской грамматики и усердно занимался греческим. Теперь мастер Шерлок был ростом уже три фута и мог открывать двери без помощи стульев, и к трем годам у него уже совершенно исчезло детское опасливое отношение к тому, что таилось снаружи. Фактически, мальчик ничего не боялся. И с этих пор это стало подлинным кошмаром для его родителей; и днем , если он не находился с одним из них, за ним должна была приглядывать няня, даже если мальчик был с каким-нибудь взрослым, например, с кем-то из слуг.

Миссис Смит было только тридцать шесть, но она была полная и легко уставала, и у нее не хватало сил поспевать за мальчиком. Мастер Шерлок убегал от нее, прятался, затем ускользал из дома и начинал самостоятельно изучать местность. В основном , он ходил вокруг дома и по парку, порой бродил по полю. В те дни, когда он тайно уходил из дома, целый штат прислуги отправлялся на поиски, и порой, чтобы найти его требовался не один час. То, что он так ловко прятался от тех, кто его искал, совсем не нравилось Холмсам. Не по душе им были и такие моменты, когда мастер Шерлок вдруг спрыгивал с дерева прямо перед своей матерью, несказанно ее этим пугая.
Для мальчика трех с половиной лет у мастера Шерлока была прямо таки легендарная выносливость – не могло быть и речи о том, чтобы заставить его уснуть днем – а в конце августа его привел в Хиллкрофт Хаус кузнец. Он сам прошел две мили до города – и его обеспокоенные родители едва не задушили его в объятиях.
Той ночью он спал хорошо, няне пришлось даже будить его утром. Ему давно перестали давать лауданум, несмотря на то, что сон мальчика порой был довольно беспокойным, ибо миссис Холмс беспокоило, как впоследствии может подействовать этот препарат на его здоровье. Однако комнату мастера Шерлока по- прежнему запирали на ночь.

- Вам лучше запирать дверь, - сказал как-то мастер Шерлок. – В противном случае у меня возникнет непреодолимое желание выйти из комнаты, и все предостережения и запреты будут бесполезны.
И дверь по-прежнему запирали.
- Ну, он, по крайней мере, честен, - сказала мужу миссис Холмс, когда он опустил ключ в карман брюк.
- Этим он похож на вас, Верне, – всегда говорил он в таких случаях.

Но в этом последнем случае никто не считал, что это хорошая идея, если ребенок будет прекрасно спать лишь тогда, когда перед этим будет до изнеможения бродить по окрестностям. Его родители уж точно были с этим не согласны.
- Никогда, никогда больше так не делай! – ругал его отец, когда на следующий день они втроем собрались в утренней комнате.
Мастер Шерлок внимательно посмотрел на своих родителей. Немного подумав, он сказал:
- Не могу обещать, что не повторю вчерашней эскапады. Потому что я был безмерно рад такой прогулке.
- Да, дорогой, и ты в свою очередь довел нас чуть ли не до безумия. Которое тоже было безмерным.
- Мама, мне, правда, очень жаль. Но вы должны понять, что мне не страшно и я могу сам о себе позаботиться.

Его родителей это задело за живое. Несомненно, они надеялись, что независимость появится у мастера Шерлока после того, как он выйдет из возраста детских игр. Теперь над ними нависла опасность потерять и этого столь дорогого им ребенка; этого сына, который, по крайней мере, позволял им относиться к нему, как к ребенку; сына, который получал столько любви и был способен столь же щедро отвечать на нее.

Миссис Холмс тяжело опустилась на стул и на ее глазах появились слезы. Муж тут же подсел к ней, тихо шепча:
-Ну, ну, ну, не надо.
Ее слезы произвели на мастера Шерлока заметное впечатление, он широко распахнул глаза и замер на месте.
- Нет, мама, не плачь, - тихо сказал он. Но она не переставала, и он бросился к ее ногам.
- Мама, прости, что я заставил тебя плакать. Я больше не пойду никуда один. Я обещаю. О, пожалуйста, мама, не плачь.
Мать посадила его на колени, улыбнувшись сквозь слезы.
- Спасибо, Шерлок, большое спасибо, - сказала она, крепко обнимая его. – Я так люблю тебя, я умру от беспокойства, если ты уйдешь куда-то один.
- Я обещаю, мама, - повторил он.
- Хорошо, Шерлок, - добавил его отец , и его голос дрогнул.

Вскоре после этого были предприняты некоторые шаги, вызвавшие всеобщее одобрение

Миссис Смит получила расчет, также, как до нее миссис Кирби, получив рекомендательные письма и плату за три месяца вперед. Ей больше не нужно было умывать и одевать мальчика, ибо он делал это сам, и было очевидно, что она не может поспевать за мастером Шерлоком при всей его подвижности.

В помощь мистеру Денкинсу и мистеру Уилкоксу наняли мальчика – Хэнка Коттера, хотя главной его обязанностью было сопровождать мастера Шерлока, куда бы он не вздумал пойти, в том случае если его родителей не было поблизости или они не желали сопровождать сына на эти прогулки.

Клара также покинула дом, она вышла замуж за Барта Пруита, сына фермера. На ее место взяли новую служанку Элизу Уильямс. Увидев ее, мастер Шерлок сделал вывод, что она недавно сломала руку, и попросил мистера Холмса, чтобы ее в ближайшее время не нагружали работой. Это сильно смутило девушку, так как это было правдой, хоть она поклялась, что совершенно здорова . Она боялась, что ей тут же откажут от места, и заплакала. Когда же вместо этого мистер Холмс спокойно признал доводы сына убедительными, а затем сказал миссис Бёрчел не давать девушке тяжелых поручений, пока не заживет ее рука, Элиза была так ошеломлена, что не сразу даже собралась с мыслями, чтобы выразить свою благодарность.

Вывод мастера Шерлока, что пятнадцатилетний Хэнк периодически выпивает по вечерам, когда его работа уже окончена, был принят не столь снисходительно. Лишь благодаря тому, что мастер Шерлок подружился с младшим братом Хэнка, Ноем, Хэнка и оставили на этом месте, заставив поклясться, что он не будет пить. Несколько месяцев спустя мастер Шерлок заверил отца, что Хэнк выпивает лишь изредка.
Несомненно, по совету мастера Майкрофта мастер Шерлок держал при себе большую часть своих выводов и наблюдений. Теперь, когда он стал выходить за пределы Хиллкрофт Хауса , было уже невозможно утаить, что он обладает тем же двойным даром, что и старший брат – умением наблюдать и делать выводы.
- Говорила же я вам, - сказала миссис Уинтерс. – Эльфы.
Однако, хоть он и учился на примере своего замкнутого старшего брата, у мастера Шерлока никогда не было склонности открыто демонстрировать остроту своего ума, без разбору анализируя внешность окружающих. Даже, когда гости специально просили мастера Шерлока поделиться своими выводами, он делал это очень редко. За это его любили еще больше: люди знали, что их секреты находятся в полной безопасности.
Насколько непосредственное отношение имеет мастер Майкрофт к развитию навыков мастера Шерлока, думаю, было очевидно только мне.
Во время большого рождественского приема, который устроили Холмсы, когда Шерлоку было почти четыре, я был чрезвычайно занят своими обязанностями дворецкого.Однако во время небольшого перерыва я вышел из гостиной в холл, чтобы немного передохнуть. Опершись на перила, я услышал, как мальчики, сидя на нижней ступеньке, обсуждают гостей.

- Мистер Меткалф, плешивый человек в сером костюме с высоким воротником, страдает от головной боли, которую он пытается скрыть, чтобы не испортить праздник своей жене; и еще у него есть две кошки, - сказал мастер Майкрофт младшему брату.
- Я увидел знаки того, что есть две кошки, на его брюках заметны следы разных типов шерсти; но головная боль – это потому что он слегка скованно держит голову и трет лоб в те минуты, когда никто на него не смотрит? – спросил мастер Шерлок.
- Да, и еще то, что он сидит в стороне от курящих отца и мистера Брауна и спиной к свечам, стоящим на столе. Очень часто свет обостряет боль у тех, кого мучает мигрень.
- Понимаю, - сказал, кивнув, мастер Шерлок.
- А теперь, скажи мне, из чего мы можем сделать вывод, что в юности мистер Блэйдс служил во флоте. Ведь ты изучал те книги, что я тебе советовал, где изображена форменная одежда военных?
- Да, когда папы не было в библиотеке, я иногда изучал их.
- Хорошо. Так расскажи мне, что можешь увидеть.
Я стоял, замерев в восхищении, слушал, как они анализируют внешность мистера Блэйдса, а потом некоторых других гостей; они могли узнать хоть что-то буквально о каждом. Затем мастер Майкрофт стал делать выводы насчет слуг. Я был готов слушать их всю ночь, если б мне не нужно было идти подавать напитки. Ия мог только гадать, что они знают обо мне.

@темы: Детство Шерлока Холмса, Шерлок Холмс, перевод

15:41 

Детство Шерлока Холмса Глава 9

Несносный Шерлок

Он был настолько же активным и веселым ребенком, насколько его старший брат был медлительным и спокойным. Родившийся худощавым, всего лишь шесть с половиной фунтов, с волосами цвета спелой пшеницы, он явно пошел сложением в род Верне. И я слышал, как часто миссис Холмс шутливо говорила об этом своему супругу.
Ну, скажу я вам, и счастливые же времена наступили в Хиллкрофт Хаусе! Чтобы отпраздновать радостное событие Холмсы устроили праздничный прием; на нем присутствовали все арендаторы, все друзья и знакомые Холмсов; мастера Шерлока показали всем присутствующим, дабы они разделили радость счастливых родителей от такого дара небес.
Мальчик был очень активным даже в своей колыбели; весь день он махал и вертел ручками и ножками, не зная покоя. Его было легко рассмешить, он любил, когда его брали на руки и играли с ним и уделяли ему внимание. Спал же он гораздо хуже мастера Майкрофта, просыпаясь несколько раз ночью, а днем он вообще засыпал с большим трудом.
Еще одной отличительной от брата чертой было то, что мастер Шерлок был очень капризен по части еды, что доставляло нам много хлопот. Кормилица дела все, что было в ее силах, но миссис Холмс казалось, что мальчик очень плохо ест, и она даже позвала мистера Ирвина, чтобы он обследовал его. Когда мистер Ирвин заверил ее, что мастер Шерлок заметно подрос, она слегка успокоилась.
- Вы не должны считать, что все ваши дети должны походить на вашего первенца, - сказал ей мистер Ирвин.
- Шерлок совершенно другого склада и ему совершенно не требуется такое питание, как Майкрофту – и, слава богу, скажу я вам. И вы простите меня, мадам, но у одних и тех же родителей могут быть такие разные дети… как говорится, век живи – век учись.

Так мы все и делали. Мастер Шерлок был таким веселым ребенком, таким живым, его глаза так и сияли. Я должен с сожалением сообщить, что его врожденная сверхактивность была несколько снижена воздействием лауданума, чтобы дать его няне возможность немного отдохнуть в ночные часы, а порой ему давали лауданум и днем, когда порой казалось, что вряд ли когда-нибудь мастер Шерлок заснет больше, чем на пятнадцать минут. Мастеру Майкрофту подобное средство никогда не давали, и я не могу сказать, сыграло ли оно свою роль в последующем пристрастии мастера Шерлока к наркотикам.

Мастер Шерлок также наблюдал за различными предметами, но выражение его лица при этом было все так же приятно, в нем не было ничего необычного, и его было легко отвлечь от этого занятия, взяв на руки или заговорив с ним. Но его наблюдения не были похожи на наблюдения его брата, скорее это были обычные действия ребенка, изучающего окружающий его мир. Слуги рассказывали обо всем этом миссис Уинтерс, которая загадочно крестилась и стояла на своем.
- Эльфы были слишком заняты. Подождите немного и вы увидите.

Можете себе представить, как счастливы были Холмсы. Миссис Холмс приводила в ужас няню , миссис Смит, тем , что почти постоянно находилась рядом с ребенком, да и мистер Холмс, покончив со своими делами, всегда заходил к сыну в новую детскую, ибо старая детская была теперь кабинетом мастера Майкрофта. После ужина они приносили мастера Шерлока в гостиную, где отбросив в сторону вязание и чтение, они смотрели за смеющимся мальчиком или держали его на руках.
И снова показав, как он не похож на старшего брата, мастер Шерлок начал сидеть в три месяца, ползать – в шесть, ходить, держась за руку отца – в девять, а к году уже довольно ловко и смело пошел самостоятельно. Я не могу описать вам, какая счастливая улыбка появилась на лице мистера Холмса, когда войдя однажды в детскую, он увидел, как мастер Шерлок с радостными криками оседлал игрушечную лошадку. Мастер Шерлок был на редкость ловким мальчиком, и мне еще не приходилось видеть, чтобы ребенок так искусно владел своим телом. Он редко падал и как только научился ходить, почти тут же стал залезать на диван и стулья и другие предметы меблировки. Миссис Холмс очень тревожилась за сына, поскольку он был очень худеньким, почти совсем не имея жира на костях, и она боялась, что он упадет и что-нибудь себе сломает. Но он редко падал. Казалось, что он не просто активен сам по себе, но словно бы наверстывает те годы, когда мы были свидетелями крайней медлительности и неактивности мастера Майкрофта.

Он походил на старшего брата в навыках речи, хоть он и не обладал его способностями, но кажется, мастеру Шерлоку удавалось поразительно быстро схватывать новые слова. Лично я считаю, что у этого мальчика, несомненно, были такие же умственные способности к учению , как и у мастера Майкрофта, но его изначальная сосредоточенность на физическом аспекте - ведь он постоянно во что-то играл – заслонила собой его рано развившийся ум. Мастер Майкрофт любил сидеть в гостиной, слушая разговоры взрослых, и таким образом, развил в себе некоторую выдержку и научился искусству речи. Как-то раз, когда мастер Шерлок уже начал ходить, его подобным же образом посадили вместе с взрослыми в гостиной. Мастер Шерлок стал бегать по всей комнате, носиться, точно мотылек; он хватал какие-то украшения и статуэтки, потом ставил их на место, взобрался на диван, потом перелез через него, спрыгнул на пол и побежал по комнате мимо миссис Хэствэлл, которая, из вежливости стараясь не обращать на это внимание, продолжила рассказ о своем безответственном кузене Эдварде; затем мальчик снова побежал через всю комнату, взобрался на стул, спрыгнул с него и потом, бросившись к миссис Холмс, обнял ее со словами:
- Мама, мама, я тебя люблю!
Можете себе представить, как трудно было Холмсам, особенно миссис Холмс, приучить мальчика к дисциплине. Он был веселый, здоровый, резвый, был очень привязан к обоим родителям, и каждый раз при виде его, их переполняла горячая любовь к ребенку. Как только они входили в детскую, он радостно кидался им на встречу. Его отец посвятил мальчику массу своего времени, так как мастер Шерлок любил ездить на Первенце, и ему нравилось, когда отец сажал его перед собой в седло. Так же, как мастер Майкрофт он любил ездить в деревни, каменоломни, на рудники и фермы, но , кроме того, он и просто любил ездить по окрестностям, любуясь красотой долин.
- Папа, давай сегодня поднимемся в горы, - предложил как-то полуторагодовалый мастер Шерлок, когда они выехали из поместья в экипаже. Чаще всего они ездили с отцом вдвоем, но иногда к ним присоединялась и миссис Холмс, мастер Шерлок очень любил, когда это происходило. Думаю, что миссис Холмс ездила бы с ними чаще, если бы не чувствовала, как хочется мистеру Холмсу побыть наедине с сыном.
- Не сегодня, мой мальчик. Мы едем к фермеру Ноббсу, с которым мне нужно поговорить по поводу молочных коров. На Пеннины поднимемся как-нибудь в другой раз.
- Хорошо, папа. Поедем к фермеру Ноббсу. У него две родинки на левой щеке, да?
Мистер Холмс на минуту задумался.
- Гм, да, верно.
- Он мне нравится! Только плохо, что они у него возле самого глаза! Поехали!


Мастер Майкрофт приехал из школы в начале июля 1855 года на двухмесячные летние каникулы, проучившись целый год и добившись больших успехов в учебе. Предыдущие каникулы он провел в гостях у своих однокашников, что одновременно и обрадовало – то, что у него были друзья – и огорчило его родителей. В школе ему очень нравилось, учился он хорошо, и поэтому было решено, что он продолжит там свое образование.
- Начал налаживать связи, - вот все, что он загадочно сообщил о том времени, когда его не было дома.
Не могу сказать , причинил ли ему какие-то огорчения приезд домой, где все теперь заботились и любили его младшего брата, ибо мастер Майкрофт стал еще более скрытным и замкнутым, чем прежде. Однако, было ясно, что сначала мастер Майкрофт относился к своему младшему брату несколько настороженно – так например, он явно испытывал дискомфорт, держа его на руках или сажая на колени, не испытывал желания развлечь его какими-нибудь игрушками или покатать на деревянной лошадке.
- Майкрофт, ну, разве он не прелесть? – спросила миссис Холмс, когда через несколько дней после приезда Майкрофта, они стояли у кроватки спящего Шерлока. Мистер Холмс стоял рядом.
- Он слишком худой, - ответил мальчик. – Он явно похож на членов семьи Верне. Смотрите, не злоупотребляйте этими успокоительными средствами – неизвестно, как может повлиять на организм регулярное применение лауданума.
И с этими словами он вышел из комнаты.
Миссис Холмс проводила его взглядом, а потом посмотрела на младшего сына.
- Как ты думаешь, это означает, что он за него переживает? – спросила она мистера Холмса.
- Кто знает? – ответил он, с сомнением проводив глазами удаляющуюся фигуру их старшего сына.

Казалось, что мастера Майкрофта больше интересовали книги, больше, чем что-либо другое, включая его младшего брата; несмотря на то, что лето было теплым, и стояла прекрасная погода, большую часть времени он проводил за книгой. Временами он выезжал верхом на Первенце вместе с его отцом, который ехал на Мидасе – и один раз упал с него, правда, хорошо хоть не поранился. Часто он совершал прогулки вместе с матерью, и хоть и был не разговорчив, было очевидно, что ему приятна ее компания. Родители надеялись, что мальчиков свяжут братские узы, но ничто пока в отношении мастера Майкрофта не говорило о развитии с его стороны подобной тесной связи.

Однако, каждый раз, когда мастер Шерлок видел своего старшего брата и кричал: -Здравствуй, Майкрофт! Как твои дела? – мастер Майкрофт очень пристально смотрел на своего младшего брата. Из-за того, что никак не одобрял такой громкий крик или же хотел выяснить что-то о своем брате, сказать не могу.
- Очень хорошо, Шерлок, - был его неизменный ответ.
- Ты почитаешь мне книгу? – спрашивал младший.
- Не думаю…
- О, пожалуйста, Майкрофт, - просила миссис Холмс. – Шерлок будет так рад, если ты ему почитаешь.
Поэтому мастер Майкрофт садился и читал ту книгу, что давал ему Шерлок. Уверяю вас, он никогда не получал никаких наград за выразительное чтение. Если его младший брат и понимал, с какой холодностью относится к нему Майкрофт, то это никак не влияло на его привязанность к старшему брату, который уезжая в конце августа в школу, крепко обнял его на прощание.

Конечно, оглядываясь на прошлое, легко критиковать. Легко судить и высмеивать, указывая пальцем и говорить: Это же очевидно! Как вы это не заметили? Но тогда мастеру Шерлоку было два года, и то, как была развита его речь, хоть и не настолько, как у мастера Майкрофта, и то, что он умел наблюдать, хотя, опять же, делал это не столь очевидно и напряженно, как его брат – все это затмевалось его активностью и самой его личностью. Было легко не обращать внимания на не по годам развитый ум молодого Шерлока, ибо он не сосредотачивался на нем так, как Майкрофт.
В то время, как мастер Майкрофт пристально смотрел на людей , пока у них не начинали топорщиться волосы на шее, а затем сообщал о своих сногсшибательных выводах, шаловливый Шерлок гонял по всему дому мяч, убегая от гнавшейся за ним няни, и случайно наткнувшись в коридоре на меня, восклицал: - Мистер Брюстер, у вас снова была бессонница прошлой ночью. А заметив няню, которая подкарауливала его в утренней комнате и кричала:- Стой, я тебе говорю! –он, смеясь, бежал к лестнице, крича мне на ходу: - Вы можете попробовать мое лекарство, если хотите!

Как я сказал, легко было не разглядеть гения в этом открытом невинном ребенке. Именно об этом мечтали мистер и миссис Холмс, поженившись семнадцать лет назад – дом, по которому будут бегать счастливые дети – вот только они не ожидали, что энергия всех этих пятерых детей, о которых они мечтали, сольется в одном худеньком мальчугане. В промежутках между приездами мастера Майкрофта в доме доминировал Шерлок и его неудержимая энергия.
О, боже, каким же несносным он был озорником! К тому времени, как ему исполнилось два года, за ним присматривал весь дом, хотя его ни в коей мере нельзя было бы назвать недобрым, изворотливым или испорченным ребенком. Он научился ходить, и ходил по лестнице с ловкостью, которой мастер Майкрофт не мог похвастаться и в пять лет. Позвольте, я объясню, как проходил обычный день этого мальчика.
Он спал в своей кровати в своей комнате, ибо к тому времени , как ему исполнился год, он уже умел выбираться из колыбели самостоятельно и постоянно это проделывал. Поэтому было решено, что безопасней будет, если он будет спать в кровати – так у него меньше будет возможностей получить какую-нибудь травму. Для того, чтобы он смог заснуть, ему все еще давали чайную ложку лауданума, иначе он бы мог бродить по дому всю ночь. Я помню, как два раза пытались прекратить эти приемы лауданума. После первой такой попытки Клара утром нашла двухлетнего мастера Шерлока одного в библиотеке, он сидел на полу и говорил сам с собой о картинках, которые увидел в той книге, что держал в руках. На полу рядом с ним – мой Бог! - стояла зажженная свеча и рядом было разбросано довольно много книг. А в другой раз, помню, его нашли в кабинете отца; он подражал ему, сидя в кресле с незажженной сигарой в руке и пустым бокалом для виски – в другой. Поэтому единственным средством тут был лауданум и еще запертая дверь спальни.
Когда няня приходила в его комнату по утрам, мастер Шерлок часто уже не спал, и с этой минуты он был полон энергии. Его умывали и одевали. После чего вели на завтрак, чаще всего он завтракал с родителями, если только его отец не уезжал по делам еще до его пробуждения. Мастер Шерлок без нагрудничка сидел за детским столиком рядом со своими родителями; он слишком плохо и мало ел, чтобы надевать нагрудник. Это все, что они могли сделать, чтобы заставить его есть; он ковырялся в еде вилкой или ложкой, которыми уже научился пользоваться, но ел лишь совеем немного.
- Ради бога, Шерлок, съешь немного овсянки, - умоляла его мать.
- Хорошо, мама, - отвечал он. Потом отправлял в рот одну ложку и своими сияющими глазами искал ее одобрения.
Если няня , миссис Смит, пыталась забрать у него ложку и кормить его сама, мастер Шерлок ронял ложку на тарелку, обеими руками плотно закрывая свой рот.
- Я могу есть сам, как папа и мама! – заявлял он этой полной, румяной женщине, с уложенными в пучок светлыми волосами.
- Боже мой! – говорила обычно в таких случаях миссис Холмс.
-Оставьте мальчика, миссис Смит, - говорил мистер Холмс. Затем наклонившись к сыну, который все еще закрывал рот руками, он добавлял: – Ты должен доесть овсянку, Шерлок, а потом мы поедем на Первенце, куда тебе захочется.
Один раз при подобном разговоре я подсчитал: целая миска горячей овсянки была съедена ровно за двадцать секунд.
После завтрака день складывался в зависимости от того, как того требовали дела мистера Холмса или долг перед обществом, который возложила на себя миссис Холмс, под которым прежде всего подразумевалась забота о бедных и больных, а также светская жизнь, которая то побуждала Холмсов покинуть Хиллкрофт Хаус, то наоборт, приводила в него их друзей.
Мастер Шерлок должен был находиться в это время под присмотром няни, но уж поверьте, он был сущим наказанием. Он легко мог играть в детской – сам или с миссис Смит, но его постоянная активность утомляла ее. В те минуты, когда она пыталась немного отдохнуть, что вполне можно понять, мастер Шерлок уходил из детской и бродил по всему дому, если же у парадной двери стоял стул, и вокруг никого не было, то он влезал на него, поворачивал ручку и в мгновение ока оказывался снаружи.
Вы, конечно же, представляете, какое ужасное волнение это причиняло его родителям, миссис Смит и всем слугам, которые бросали все свои дела и помогали искать мальчика. Он почти всегда уходил в конюшни посмотреть на лошадей. После того, как требования его родителей не подействовали, было приказано убирать стул из холла и на этом все закончилось. Мастер Шерлок был еще недостаточно силен, чтобы тихо поднять стул или вытащить его из комнаты и дотащить до парадной двери.
Очень часто он приходил к матери и просто оставался подле нее. Он был очень привязан к ней, называл ее к ее неописуемой радости «моя дорогая мама», хотел научиться всему, что ее интересовало от ее духов до умения составлять букеты цветов, ее игре на пианино – он очень любил слушать, как она играет- и тому, как она читала книги по ролям. Когда мастер Шерлок был наедине со своей матерью, он был очень тих и расслаблен, и если няня находила его там, то ее на некоторое время отпускали. Миссис Холмс с сыном не один час могли говорить о ее увлечениях. Если к ней приходили подруги, то мастер Шерлок бывал весьма разочарован, также как и многие слуги. Хотя он мог вести себя очень хорошо и быть внимательным, когда мать принадлежала ему безраздельно, в тех случаях, когда кто-то другой претендовал на ее внимание, мальчик не мог спокойно сидеть с взрослыми, как это делал его старший брат. После того, как родители сказали ему, что он не должен входить в комнату, в которой сидят гости и отвлекать их, он являлся к матери, сидящей с гостями, мрачно здоровался с ними, и уходил, пытаясь найти себе другие развлечения.

Я вовсе не хочу сказать, что мастер Шерлок был абсолютно непослушным мальчиком.
Когда родители делали ему замечания, обычно он прислушивался к ним. Он убирал игрушки, умывался, садился за стол и ложился спать с восхитительной быстротой. В таких мелочах его послушание было беспрекословным. Он был открыт и дружелюбен, и , можно сказать, что по натуре был честен. Все неприятности случались из-за невинной шаловливости мастера Шерлока, и только на этом поприще происходило его столкновение с интересами родителей, но все заканчивалось разумным компромиссом. Родители никогда не проявляли излишней властности или резкости в своих наставлениях, и мне думается, что фактически они были счастливы, что им приходится их давать.
Мастеру Майкрофту ведь никогда не требовались подобные наставления – он был слишком флегматичен, чтобы бранить его за излишнюю подвижность, и слишком развит, благовоспитан и независим, чтобы родители чувствовали себя комфортно, затевая подобный разговор, если только дело не касалось его неуместных выводов. И то, что их младший сын гораздо больше нуждался в родительской заботе, заставляло их чувствовать себя важными и нужными; и лучше уж такой компромисс, чем, если бы их ребенок с самого начала не нуждался в их наставлениях. Холмсы оставались верными своей мягкой натуре, в основном, разговор о дисциплине они начинали с того, что усаживали мастера Шерлока подле себя и обсуждали с ним, как и почему он должен изменить свое поведение. И как раз при таких беседах становилась очевидной его развитая не по годам речь, однако родители относились к его поразительным способностям как к чему-то самому обыкновенному и обыденному.
- Шерлок, мы должны поговорить с тобой по поводу твоей игры с мячом в доме и о том, как ты выглядишь, - начали как-то разговор мистер и миссис Холмс, когда мальчику было два с половиной года. Они сидели в гостиной, только что (уже, наверное, в тридцатый раз) выслушав жалобу миссис Смит.
- Как пожелаешь, папа, - сказал двухлетний мальчуган, выпрямившись перед отцом и обратившись в слух. Его волосы, которые стали более густыми и начали темнеть, были взлохмачены, рубашка была не заправлена в штанишки, жилет был застегнут не на все пуговицы и на одном ботинке были развязаны шнурки.
- Дорогой мой, - начала его мать,- мы вынуждены настаивать, чтобы ты играл в мяч только на свежем воздухе. – Она остановилась, но потом тут же добавила. – Но , конечно же, ты должен выходить из дома лишь, когда тебе будет позволено и с кем-нибудь из взрослых.
- Но ведь играть в мяч дома так весело, - возразил Шерлок.
- Да, но так ты и дальше будешь что-нибудь разбивать, ведь два месяца назад ты разбил китайскую вазу в утренней комнате, а вчера две парные статуэтки здесь, в гостиной. Ты должен понять, что нехорошо бить мячом по фарфоровым статуэткам в комнатах, совсем не предназначенных для такого веселого занятия.
- Мама, прости меня за то, что я разбил их. Если хочешь, я возмещу стоимость этих вещей тем, что буду мыть посуду вместе с миссис Уинтерс или полировать мебель вместе с Кларой.
Ну, что делать с этими детьми, когда они начинают излагать вам свои соображения! Надо отдать должное мистеру и миссис Холмс – они смогли сдержать свой смех.
- В этом нет необходимости, Шерлок, - продолжал мистер Холмс. – Однако, чтобы подобные непростительные вещи больше не повторялись , ты должен слушать то, что говорим мы с твоей мамой и играть в мяч только снаружи.
- А можно я буду играть в него еще и в детской? – спросил мальчик.
Его родители переглянулись.
- Что ж, полагаю, это вполне возможно, - ответил мистер Холмс.
- И мне так нравится пускать мяч вниз по ступенькам лестницы, и я там ничего не разбил, потому что шкаф, в котором находятся разные хрупкие предметы, стоит далеко оттуда, и больше там нет ничего такого, что я мог бы разбить. Может, вы позволите мне играть там, папа и мама? По крайней мере, в дождливую погоду, когда нельзя будет выйти из дома?
Его отец стиснул зубы и стал тереть свой лоб. Мать вздохнула. Мистер Холмс заговорил:
- Хорошо, ты можешь играть в мяч на лестнице, когда идет дождь. Но только в детской и на лестнице, больше нигде. Понятно?
- Конечно, папа.
Холмсы удовлетворенно кивнули друг другу. И тут у них открылись рты, ибо Шерлок с любопытством спросил своим ангельским голоском:
- Но вот, на всякий случай…. что если мяч окажется в запретном месте… вместе со мной, то есть , если я принесу его туда.. Какое мне будет за это наказание?
Когда родители повернулись к нему, он поспешно продолжил:
- Как мировой судья, папа, как бы ты оценил серьезность этого преступления, и какие меры ты бы посоветовал применить к преступнику?
- Я бы… я бы… я уж, как минимум, отшлепаю тебя за такую дерзость, - возмущенно прошипел мистер Холмс , занеся руку над пораженным мастером Шерлоком, и он был в эту минуту гораздо более непоследовательным и эмоциональным, чем его двухлетний сын.
- Господи, Дэвид, успокойся, - сказала миссис Холмс.
Мистер Холмс выпрямился в своем кресле, поправил галстук, закрыл глаза и покачал головой. Через минуту он заулыбался, а потом и рассмеялся. Но открыв глаза, он увидел, что его сын прильнул к коленям матери.
- Иди сюда, мой мальчик, - сказал он, раскрывая ему объятия. Мастер Шерлок бросился к нему и отец, подхватив его, посадил к себе на колени.
- А знаешь, ты будешь таким же несносным, как твой брат.
Мальчик ничего не сказал. Но помолчав, произнес:
- На самом деле, ведь ты бы не ударил меня, да, папа?
- Нет, нет, Шерлок. Я никогда тебя не ударю. Но играй с мячом только в детской и на лестнице, хорошо?
- Да, папа. Я обещаю… чаще всего…именно так и буду делать. Ты хотел еще поговорить о том, как я выгляжу?
Отец спустил его на пол.
- Не сейчас. Беги в детскую, ладно? Мне надо поговорить с твоей мамой.
Шерлок обхватил колени родителей.
- Я люблю вас, я люблю вас, - повторял он.
Они от всей души ответили ему тем же. Мальчик со всех ног бросился вон из комнаты, обычно он передвигался по дому только так.
- Я буду… чаще всего… - произнес его отец с усмешкой. – Боже правый, да он хитер.
- Ну, Дэвид, если он и непослушен, то, по крайней мере, поразительно честен, - сказала его жена.
- Не забудь, он пошел в твою семью, - лукаво произнес мистер Холмс.
- Теперь мы должны обсудить его внешний вид.
- Могло бы быть и хуже, - сказал мистер Холмс. – Вдруг вместо него у нас родились бы близнецы.

@темы: перевод, Шерлок Холмс, Детство Шерлока Холмса

11:18 

Мне начал сниться Холмс. Вот так, наверное, и сходят с ума))
То есть не сам по себе, и это, наверное, потому, что его образ для меня все-таки довольно неуловим. Вот тут приснились иллюстрации, а сегодня под утро преследовала фраза "де Рецке поет в "Гугенотах". Причем она повторялась на все лады и как-то обыгрывалась. Ладно если бы я на ночь хоть читала что-то на эту тему...

@темы: про меня, Шерлок Холмс

11:05 

Палки и камни

Зарисовка silverfoxstole из ее сборника "Jottings from a Doctor's Journal


Палки и камни


- Странный. Он так выразился?
Холмс кивнул, и, подняв колени к груди, съежился в своем кресле.
- Именно так.
Внезапно он поднял на меня взгляд, и в его глазах я увидел то, что никак не ожидал – ранимость. К своему удивлению, я понял, что его задел этот обидный выпад.
- Уотсон, вы считаете, что я … странный? Скажите мне честно, пожалуйста, я должен знать.
К своему стыду я заколебался, так как, по правде говоря, его поведение и некоторые привычки вполне подходили к этому определению. Хотя я никогда бы не сказал этого Холмсу, я в какой-то степени мог понять, что посторонний человек мог находить странным патриотический вензель из пулевых отверстий, до сих пор украшавший нашу стену, несмотря на попытки миссис Хадсон заклеить его обоями, или письма, ожидающие ответа, пришпиленные перочинным ножом к каминной доске. И, возможно то, что теперь казалось мне совершенно обычным, для человека, незнакомого с нюансами жизни с единственным в мире частным детективом-консультантом, было шокирующим и даже безумным.
Тем временем, то, что я медлил с ответом, произвело потрясающее воздействие на моего друга – он схватил меня за руку.
- Вы тоже так считаете! – воскликнул он, вскочив с широко распахнутыми глазами. Видимо он счел мои раздумья явным свидетельством того, что я полностью разделяю мнение этого его клиента. – Вы думаете также как он!
- Нет-нет! – вскричал я, опустив руку на плечо Холмса и мягко принуждая его сесть. Никогда прежде я не видел, чтобы его могло так взволновать то, что он всегда называл «пустяками». – Нет, я так вовсе не считаю. Как вы могли только предположить что-то подобное?
- Это правда? Вы говорите так не потому, что просто мне потакаете?
Холмс так отчаянно жаждал увериться в том, что я говорю правду, что у меня сжалось сердце. Мой друг всегда утверждал, что он – мозг без сердца, но по правде говоря, я никогда не мог до конца поверить в это. Ингода я видел эмоции, которые он так хорошо скрывал под маской безразличия, и знал, что это только маска. Ему тоже можно причинить боль, как любому человеку. Всего одно грубое слово, произнесенное в запальчивости, могло задеть его за живое.
- Конечно, нет, дорогой друг, - заверил я его. – Вы, конечно, эксцентричны, и порой бываете невыносимы, но я никогда не назвал бы вас странным…
Холмс, казалось, слегка расслабился, и через пару минут на его губах мелькнула тень улыбки.
- Спасибо, Уотсон.
- Надменный, порой вызывающий возмущение, порой крайне беззаботный, - продолжал я, улыбнувшись в ответ, и похлопав Холмса по плечу, сел в свое кресло напротив него, - но признаюсь, я бы сказал… уникальный.

@темы: фанфик, перевод, Шерлок Холмс, Зарисовки с Бейкер-стрит

12:00 

Холмс в иллюстрациях Фрэнка Уайлса

Вчера или позавчера наткнулась вот на этот пост на фейсбуке



Illustrator Frank Wiles first made black and white illustrations for Conan Doyle's Holmes stories in the Strand Magazine. Readers were fond of the drawings of Sidney Padget, but sir Arthur said after seeing the following picture of Wiles (for Holmes) at the Strand Magazine in 1914:
"This comes nearest to my conception of what he really looks like!"

Прилагаю пару иллюстраций




И вот почему-то он мне запал)) Так вроде посмотрела на картинки и посмотрела - не первый раз уже их видела. Но сегодня, когда проснулась под будильник, поняла, что они мне снились, а надо сказать, что непосредственно Холмс, в каком бы то ни было виде, мне снился очень редко. Решила это здесь отметить

@темы: Шерлок Холмс, про меня

22:30 

Детство Шерлока Холмса Глава 8

Выводы

Время шло. Мистер Хокинс оставил службу у Холмсов и его место занял мистер Уилкокс. Мастер Майкрофт продолжал свои занятия с мистером Уортоном. Главным его достижением было умение выражать свои мысли, казалось, что его словарный запас пополняется ежечасно. Он также любил уроки по истории и политике – Наполеон, Макиавелли, Юлий Цезарь, Томас Мор, Оливер Кромвель, Джон Адамс, Борджиа; его очень интересовали выдающиеся политики и правители. Мастер Майкрофт желал узнать обо всех формах правления и политических системах. Он добился исключительных успехов в английском, французском, латинском и греческом языках, его познания в математике и точных науках были средними и, по большей части, искусство его не интересовало. Однако, он читал пьесы вместе со своей матерью, так как знал, что ей очень приятно, когда они это делают вместе. Она любила его все так же горячо, и после первых недель привыкания, она уже довольно твердо запомнила, что теперь он - ее сын, Майкрофт.
Его обучение шло вперед быстрыми темпами, и точно также быстро развивалась его привычка наблюдать за окружающим его миром. К 1851 году эти его наблюдения достигли грандиозных размеров. Этот мальчик с самым серьезным видом рассматривал обувь, одежду, манжеты, шляпы, брюки, рубашки, платья, пальто; он вежливо просил позволения у слуг и мастеровых осмотреть их руки, лица, уши, волосы; изучал инструменты и механизмы. Где бы ни оказывался мастер Майкрофт, он везде изучал землю, траву, гравий. Все гости становились объектом его наблюдений. Он заинтересовался болезнями и пожелал посмотреть книги, в которых были изображены люди с различными заболеваниями. Также он попросил принести книги о военной форме и те, в которых показаны люди различных профессий. Он читал книги о сельском хозяйстве в Северном Райдинге
- Благодаря этому, мне не придется больше ездить на фермы, чтобы понять, что там происходит. Я предпочел бы быть дома.
Когда его спросили, почему его это так интересует, он загадочно ответил:
- Чтобы выяснить, я сперва должен это знать.
- Что выяснить, сынок? – спросил его отец.
Глаза мастера Майкрофта засияли.
- Все, папа,- ответил он.
Это «выяснение» было полной тайной для его родителей вплоть до одного вечера, когда мастер Майкрофт сидел как-то со своей матерью в гостиной и вошел его отец, которого весь день не было в Хиллкрофт Хаусе.
Мастер Майкрофт наблюдал за тем, как его отец сел в кресло, глядя на него так, как лев из-за высокой травы глядит за своей добычей; восприимчивый к любому движению отца, точно если бы от этого, так же, как и у льва, зависела его жизнь. Мистер Холмс сознавал, что являлся объектом этого наблюдения, но делал вид, что не обращает внимания – так же как это делали мы все, некоторые более успешно , чем другие – это происходило так часто, что уже не вызывало обиды, но по-прежнему было жутковато.
- Папа, я думаю, что ты ездил на Первенце , чтобы встретиться с отцом Меткалфом, а потом подъезжая к дому , Первенец потерял подкову. К счастью, кузнец смог быстро подковать его, - объявил мастер Майкрофт. – Я прав?
Мистер Холмс большими глотками осушил бокал, который я ему наполнил, а затем повернулся к сыну, выражение его лица представляло собой смесь любопытства и осторожности.
- Совершенно верно, Синкл…Майкрофт. – Он подал мне знак снова наполнить его бокал. - Откуда ты знаешь?
Даже год спустя, мистер Холмс, кажется, все еще испытывал дискомфорт, называя сына Майкрофтом. Это была такая явная смена ролей; для ребенка, требовать от родителей позволить ему изменить имя, было непростительным бунтом; тот факт, что Холмсы сдались, делало эту ситуацию еще более возмутительной. Для мистера Холмса было подлинным расстройством , говорить всем своим знакомым, что Синклера теперь следует считать Майкрофтом. Боюсь, что эта перемена сильно обескуражила его, и мастер Майкрофт, совсем еще маленький, вызывал у него тревогу.
Мастер Майкрофт отложил в сторону книгу.
- Я смог это узнать , папа.
Так как при этом мистер Холмс сделал еще один глоток виски, миссис Холмс отложила свое вязанье и спросила:
- Поразительно, Майкрофт. Как же ты смог это «узнать», как ты это называешь, если ты еще не встал, когда уехал твой отец?
Мастер Майкрофт улыбнулся, наслаждаясь тем, что все внимание сейчас было приковано к нему.
- Вы знаете, на самом деле, это очень просто.
Его добрая мать решила сыграть по его правилам.
- Ну так, расскажи, - попросила она.
Увидев во взгляде сына немой вопрос, мистер Холмс улыбнулся, отставил в сторону свой бокал и сел рядом с женой.
- Ну, рассказывай, - сказал он.
- Ну, вот, как я думал, - сказал Майкрофт, садясь в кресло и положив руки на подлокотники кресла. – Когда я увидел, как ты вошел в комнату, я заметил в кармане твоего сюртука религиозный трактат, похожий на те, что не раз приносил сюда отец Меткалф. Также я заметил, что твои брюки измяты с внутренней стороны, как бывает, когда ты долго ездишь верхом. Дальше, я подумал, что ты ездил к отцу Меткалфу на Первенце, а не на другом твоем любимце – Мидасе. Так как, когда еще я лежал в кровати, то услышал, как мистер Уилкокс уехал в нашем экипаже еще до твоего отъезда – несомненно, для того, чтобы привезти посылки, которые должны сегодня доставить для мамы в Аскригг – а он сам очень любит Мидаса. Я знал, что был прав, так как услышал стуки копыт запряженной лошади, и это была более тяжелая поступь Мидаса. – Он посмотрел на мать. – Эти посылки с платьями ты заказала у лондонской портнихи, когда вы с миссис Хэствелл три не дели назад ездили в Лондон послушать оперу; вернувшись, ты сказала, что они прибудут сегодня.
Майкрофт снова посмотрел на отца.
-Я заметил, что твои брюки с левой стороны и оба ботинка запачканы грязью и, что твоя левая нога, кажется, побывала в воде. Единственной причиной, по которой это могло произойти, я считаю то, что ты ехал от отца Меткалфа и Первенец потерял подкову. Так как ты очень любишь этого коня, то, наверняка, немедленно спешился, чтобы ему было легче в таком положении. А так как недавно шел дождь, то на дороге много луж и грязи, и даже если ты шел осторожно, то все равно ты случайно наступил в лужу. А грязь на твоих ботинках похожа на красную глину, которая встречается в предместьях города, видимо, твою обувь после этого почистили и высушили. И я думаю, что подкову конь потерял недалеко от города. Ты вернулся в Карперби, чтобы кунец закрепил подкову, там ты отчистил большую часть грязи со своей одежды, а от жара кузнечного горна высохли твои брюки и прилипшая к ним грязь. Это случилось после визита к отцу Меткалфу и его жене, иначе вследствие неизменной чистоплотности миссис Меткалф, о которой ты так часто говорил, за время твоего визита их слуги полностью отчистили бы всю грязь. Как только лошадь перековали, ты сел в седло и поехал домой, лишь слегка припозднившись.
Он умолк, а Холмсы посмотрели друг на друга, ища ответ на это очередное проявление гениальности их сына. Думаю, их утешало то, что мальчик вызывал это чувство неловкости у них обоих. Как обычно, миссис Холмс первая нашлась, что сказать.
- Ну что, дорогой, Майкрофт прав? Все случилось так, как он сказал? Он сделал правильный…вывод?
При слове «вывод» мастер Майкрофт взял карандаш и бумагу и записал это слово.
Мистер Холмс покачал головой, потом откинул ее назад и засмеялся.
Мне казалось, что он будто бы постоянно боролся с самим собой – с одной стороны он боялся, что его сын станет каким-то фокусником, но любящий отец был так счастлив, что у него был сын, что готов был принять любое его поведение.
- Мальчик мой, можно подумать, что ты незримо присутствовал рядом со мной и записал все, что происходило. Невероятно, просто невероятно. Значит, вот это ты и называешь «выяснением»?
- Да, папа.
-Ну, в случае чего, ты хотя бы сможешь выступать на сцене или на сельской ярмарке, - сказал мистер Холмс, продолжая смеяться.
- Дэвид! – шутливо укорила его миссис Холмс. – Что ты такое говоришь! Я уверена, что Майкрофт сможет найти лучшее применение для этого своего «выяснения». Не правда ли, мой мальчик?
- О да, мама. Я не буду выступать ни на сцене, ни на ярмарке. Хотя не знаю, чем я буду заниматься.
- Так, попробуй в ближайшее время «выяснить» это, сын, - сказал мистер Холмс, смеясь. – Ведь тебе уже скоро исполнится четыре.
Когда я уходил, они все еще весело смеялись, хотя меньше всех смеялся сам мальчик.


Майкрофт продолжал время от времени делать свои «выводы», как он стал называть их впоследствии. Часто он был прав, так, например, когда заметил, что миссис Уинтерс присела отдохнуть и сказал ей, что с нетерпением ожидает цыпленка на ужин и что он надеется, что ревматизм в ее правом плече уже меньше ее беспокоит. Когда он ушел, я спросил у миссис Уинтерс, прав ли он был в своих выводах, и, непрерывно крестясь, она подтвердила, что это было именно так.
Однажды осенним днем, когда мастер Майкрофт сидел в утренней комнате, наблюдая, как его мать ставит букеты в вазы, вошла Клара. Он пристально посмотрел на нее, а затем спросил, удачно ли она провела вчерашний день в обществе сына фермера Горна. Клара пораженно охнула, расплакалась и выбежала из комнаты, так и не разведя огня в камине. По-видимому, миссис Бёрчел не удалось утешить ее, поэтому в дело вмешался я. У меня ушло полчаса на то, чтобы ее успокоить, заверив ее, что Майкрофт вовсе не коварный эльф в человеческом обличии. Ох, уж эта миссис Уинтерс! Поговорив с миссис Холмс, я смог заверить Клару, что она не лишится своего места из-за того, что стало известно о ее встречах с молодым человеком, конечно, если она сама не попадет в неловкое положение. Успокоившись, Клара пошла чистить серебро.
Я услышал, как мастер Майкрофт спросил у матери, почему Клара плакала.
- Потому, дитя мое,- сказала миссис Холмс, садясь в кресло и взяв его за руки, - что ты заставил ее почувствовать себя весьма некомфортно.
- Я? – Он выглядел озадаченным. – Я не хотел, чтобы она заплакала.
- Я знаю, Майкрофт. Но никого не радует то, что ты можешь что-то о них узнать.
- Почему?
Его мать заколебалась и глубоко вздохнула.
- Некоторые люди не хотят, чтобы это стало известно и другим людям. Клара не хотела, чтобы мы узнали, что она была с Чарли Горном, и поэтому расстроилась, когда ты узнал это и сказал нам.
- Я понял, - сказал Майкрофт. – А можно мне делать выводы, если я не буду говорить, что выяснил?
- Иногда можно рассказать, Майкрофт. А иногда и нет. Ты должен суметь определить, когда это приемлемо, а когда – нет. Иначе, дитя мое, боюсь, ты будешь огорчать людей, а это не хорошо. Я знаю, возможно, тебе это трудно понять, но это не по-христиански доводить прислугу до слез.
- Прости меня, мама, - тихо сказал он. – Я не хочу никого обижать. Просто я могу читать людей так же легко, как книги.
- Я знаю, Майкрофт, я знаю, - ответила она, обнимая его, но мальчик не обнял ее в ответ, и она вопросительно взглянула на него.
- Почему я совсем другой? – спросил он. Мать только еще крепче обняла его.
После этого случая Клара стала избегать мастера Майкрофта, она старалась исполнять свою работу таким образом, чтобы не сталкиваться с ним. Миссис Холмс поняла это и сказала миссис Бёрчел, чтобы она не препятствовала этому.

Порой мастер Майкрофт делал ошибки в своих выводах и тогда он был к себе беспощаден. Зимой я вернулся в Хиллкрофт Хаус, проведя несколько дней с моими друзьями в Бридлингтоне. Мастер Майкрофт спросил меня, как прошла моя поездка в Лондон. Когда я ответил, (и должен признать, что я чувствовал при этом какую-то неподобающую радость), что был в Бридлингтоне, а не в Лондоне, мальчик замолк и его лицо помрачнело.
- Но эти ваши новые ботинки; вы говорили, что их делают только в Лондоне, на Оксфорд-стрит.
Я мог сказать об этом мальчику только два года назад, когда приобрел свою последнюю пару. Его память, видимо, была фотографической уже тогда.
- А на вашем новом пальто ярлык лондонского портного. Я заметил это, когда вы сняли его.
В его словах звучало отчаяние.
- Да, мастер Майкрофт, эти ботинки сделаны в Лондоне, и пальто тоже. Но это был широкий жест моего друга, который заказал все это для меня в Лондоне, и подарил мне, когда я жил у него в Бридлингтоне.
- Я – глупец, - сказал мастер Майкрофт, стыдясь самого себя.
Еще несколько дней после этого он был очень сдержан и задумчив.

Даже мистер Уортон, к которому мастер Майкрофт питал большое уважение и восхищение, частенько становился мишенью этих пресловутых выводов своего ученика. Обычно, он был рад видеть новые грани этой поразительной способности Майкрофта, однако мальчик получил еще один суровый урок относительно того, что не всегда стоит говорить о своем открытии.
Поздней весной 1850 года, после случая с Кларой, я помню, как шел мимо детской, которая теперь стала комнатой для занятий мастера Майкрофта, и услышал, как мистер Уортон говорит довольно строго и даже сурово.
- Честное слово, Майкрофт, была у меня ссора с женой или нет, ты никоим образом не должен спрашивать меня об этом. И хоть я и отмечаю, что ты, каким-то образом, смог сделать блестящие выводы, что мои отношения с женой сейчас довольно напряженные, но ты должен понимать, что, во-первых, это ни в коем разе тебя не касается; во-вторых, это крайне грубо - сообщать мне твои мысли по этому поводу, даже если ты смог узнать правду; и , в третьих, я буду вынужден оставить это место, если ты хоть еще один раз упомянешь об этих своих выводах.
После этого упрека мастер Майкрофт молчал чуть ли не целую неделю.

Летом мастер Майкрофт решил, что предварительно он будет говорить: « - Я пришел к выводу относительно …», и если человек, с которым мастер Майкрофт говорил, позволял ему продолжать, то он продолжал; в противном случае, он хранил молчание, хотя порой казалось, что это было довольно досадно для него. Так, например, во время одного приема в саду он сидел на садовой скамейке, а несколько гостей играло в крокет на задней стороне лужайки.
- Я пришел к выводу о состоянии здоровья мистера Блейда, - сказал Майкрофт, когда мистер Блейд, пропустив мяч, промокнул платком свой лоб. Тучный мистер Блейд был скрытным и застенчивым, хотя и дружелюбным человеком; он услышал слова мастера Майкрофта, и стал таким пунцовым, что я подумал, что он потеряет сознание. Он забормотал: -Гм, гм, гм… и стал комично вертеть своим платком, пока миссис Холмс не шлепнула сына по ноге, сказав:
- Может быть, не стоит, дорогой?
- Да, мама, - подчинился мастер Майкрофт. Но он сполз со скамейки – о том, чтобы спрыгнуть не было и речи – и медленно побрел к дому, уныло понурив голову.
Как легко можно себе представить, некоторых весьма волновала мысль о том, чтобы стать объектом наблюдения для зоркого глаза и быстрого ума мастера Майкрофта, и каждый раз приходя с визитом, они специально подходили к мальчику, спрашивая, может ли он сделать на их счет какой-нибудь вывод. Как, например, мистер Рут и полковник Рестон, причем полковник дошел до того, что специально старался иметь на себе какие-нибудь улики. Мастер Майкрофт очень любил, когда они приходили, и всегда просил свою мать пригласить их.
Однако большинство людей, хотя их и поражал дар мальчика, сами не жаждали стать объектом его внимания. Хотя предварительное вступление, которое он делал, позволяло избежать разногласия, но у него случались внезапные озарения и он мог выпалить то, что внезапно пришло ему в голову, совершая, таким образом, ошибку. Однако, любой человек, как бы он не относился к мастеру Майкрофту и его выводам , всегда получал от него извинения. Но допустив ошибку, мальчик впоследствии молчал несколько часов.
Некоторые люди решили не приезжать больше в Хиллкрофт Хаус, несомненно, шокированные тем, что Холмсы позволяют своему ребенку сидеть в компании взрослых и что они вообще разрешают ему разговаривать в присутствии гостей . Уверяю вас, то, что мистер и миссис Холмс позволяли сыну на публике проявлять свои эксцентричные выходки было крайне шокирующим, учитывая нормы и обычаи нашего времени. Я вот думаю, не по этой ли причине ушел садовник, мистер Фитч – он определенно избегал мастер Майкрофта также, как Клара. Его заменил мистер Денкинс.
Холмсы были снисходительны в отношении этих людей так же, как и в отношении всех остальных, но они вели себя так из-за уникальных особенностей их ребенка, а не потому, что они не понимали или не почитали общественные нормы поведения. И большую часть времени мастер Майкрофт сидел молча, хотя он мог бы вставить слово, если бы имел более ясное понятие о теме разговора. Конечно, ребенок, который просит пояснить ему, о чем идет речь, вызвал бы общее возмущение и в результате в ответ услышал бы лишь молчание или же умиленные взгляды. Он никогда не говорил ради самого разговора, и твердо не обращая внимания на сплетни, методом проб и ошибок, понял, с кем он может говорить, а в чьем присутствии ему лучше помалкивать.
Однако, большинство друзей Холмсов были к нему достаточно лояльны и выслушивали его выводы и речи, когда приходили с визитом, хотя к себе мальчика никогда не приглашали.
Прошло еще два года, и мастеру Майкрофту исполнилось пять.
Его словарный запас был образцовым, то же самое можно было сказать о чтении на английском; и он замечательно читал, писал и говорил на латинском и французском. Он знал имена и годы жизни многих исторических личностей от римлян до современных политиков-американцев. Однако, его внимание было сосредоточено на Великобритании и всю его любовь к стране можно было почувствовать, когда он говорил о ней не иначе, как «эта великая нация». Он продолжал заниматься с мистером Уортоном и по другим предметам.
Имея довольно плотный график занятий ,у мастера Майкрофта не было достаточно времени для игр со своими сверстниками, но, казалось, он совсем не скучал по ним. Было похоже, что он все больше отдалялся от шумных компаний и игр, все больше времени проводя со своими многочисленными книгами. Он очень любил свои занятия и общество мистера Уортона, и, когда его дневные занятия были окончены, то он присоединялся к матери или отцу, где бы они не находились.
Его родители по-прежнему раз в год на месяц уезжали на континент; пока мастеру Майкрофту не исполнилось три года , во время их отсутствия за ним присматривала миссис Турминхэм, вдова, которую порекомендовала Холмсам миссис Хэствэл. По счастливой случайности у миссис Турминхэм была такая тихая , спокойная натура, что мастер Майкрофт был не в силах даже немного потревожить ее. Даже его вывод, что она была довольно тяжелым ребенком, был встречен с редким спокойствием. Холмсы обращались к ней всякий раз, как уезжали за границу и оставляли сына дома.
Мастер Майкрофт сперва любил ездить по округе и в близлежащие города – ведь там все было для него ново – но, казалось, он быстро утомлялся от дополнительных усилий, которые требовало путешествие, и к тому моменту, когда ему исполнилось четыре, совершив несколько поездок по Англии со своими родителями, он просил позволить ему остаться дома с миссис Турминхэм.
- Лучше я буду узнавать мир по книгам, нежели при помощи поездов и кораблей, - сказал он родителям и пошел вздремнуть.
- Может быть, его организму не хватает железа, дорогой, - сказала миссис Холмс своему нахмурившемуся супругу.

Мистер Холмс решил отвезти мальчика к доктору в Норталлертон, когда в следующий раз он поедет на выездную сессию суда присяжных. Несмотря на такую быструю утомляемость, мастер Майкрофт за всю свою жизнь не болел ничем серьезнее простуды и никогда не находился под присмотром медика. Простуда была быстро вылечена с помощью трав миссис Уинтерс, которая при всем ее чрезмерном суеверии, тем не менее, относилась к мальчику с большой нежностью. Я убежден, что мистер Холмс надеялся, что доктор найдет какую-нибудь легко излечимую болезнь, которая объяснила бы физическую вялость мастера Майкрофта, невзирая на то, что сам мастер Майкрофт был уверен, что просто у него такая натура и он такой, какой есть.
- Быстрый ум, медлительное тело, - сказал он как-то летним днем своему отцу, после того, как споткнулся о крокетные воротца, несмотря на то, что отец только что предупредил его, что он стоит совсем рядом с ними.
-Если он станет еще медлительнее, то у нас будет не сын, а улитка, - пробормотал мистер Холмс в ту минуту, когда я принес ему чай со льдом.
Доктор не особенно помог, сказав мистеру Холмсу, что его сын просто чрезвычайно пассивный и что его нервная энергия должна быть равномерно распределена между его мозговой и физической активностью, чтобы избежать нервных срывов, которые могут случиться в будущем. Он решительно настаивал на режиме, включающем физические упражнения на свежем воздухе, и наказал, что их следует выполнять также и в зимнее время. Тут Майкрофт объявил вслух о сделанных им выводах относительно развивающейся у самого доктора сердечной недостаточности и поинтересовался, подойдут ли предписанные им же физические упражнения на воздухе в любое время года, в качестве тонизирующего и укрепляющего средства. Рассказывая об этом позже, мистер Холмс признался, что эта выходка сына вызвала у него улыбку и несколько развеяла его мрачные мысли. Они поспешно покинули возмущенного медика и поехали домой, выездная сессия была закончена. Мастер Майкрофт спал всю дорогу.
- Ну, конечно,- сказал он, когда мистер Холмс закончил свой рассказа. – Я очень ленив. В этом доктор прав. Но это же смешно - сказать замерзшему , неуклюжему, уставшему ребенку, чтобы он занимался зарядкой на холоде!
И все находившееся в комнате рассмеялись.
Той осенью друг мистера Холмса, мистер Роберт Шерлок написал ему, что очень хочет его увидеть – и попросил позволения приехать с визитом. Он приедет один. Мистер Холмс вне себя от радости тут же написал ему ответ и сказал, чтобы он приезжал как можно скорее , а затем стал придирчиво проверять все мое хозяйство относительно готовности к встрече дорогого гостя. Он постоянно говорил о мистере Шерлоке сыну, рассказывая ему бесконечные истории о тех временах, когда они оба были веселыми студентами.
Мистер Холмс и мистер Шерлок были неразлучны все четыре года обучения в университете, познакомившись в самый первый день занятий и сидя рядом в лекционном зале. И с тех пор они все время были вместе – учились, гуляли, путешествовали. И предавались разгулу, добавил мистер Холмс.
- Я надеюсь, Майкрофт, что когда-нибудь у тебя тоже будет друг, такой близкий, что будет почти братом, даже если вас и не связывают родственные узы, - сказал он сыну.
Мастер Майкрофт улыбнулся, слыша эти цветистые речи отца, но ничего не сказал.

Мистер Роберт Шерлок был третьим сыном в семье. Питая отвращение к военной службе и отказываясь стать священником, он решил изучать банковское дело. Получив образование, он вернулся в Плимут и получил место в «Королевском банке Девона и Корнуолла». Он женился на дочери вице-президента банка, и у них было четверо детей.
Как я уже говорил, на протяжении долгих лет два джентльмена поддерживали тесный контакт друг с другом, переписываясь и нанося друг другу визиты – обычно мистер и миссис Холмс ездили в Плимут, чтобы навестить мистера Шерлока и его семью – хотя к тому моменту, когда пришло письмо, они не виделись уже более года. Последний раз, когда приезжал мистер Шерлок, мастер Майкрофт как раз был простужен и лежал в постели, а миссис Уинтерс лечила его при помощи трав. Поэтому хоть мистер Шерлок и познакомился с больным мальчиком, но они почти не общались. Я очень хотел узнать, как отреагирует на мастера Майкрофта мистер Шерлок, хотя я был уверен, что мистер Холмс постоянно писал о нем своему дорогому другу и, несомненно, предостерег его относительно того, что можно ожидать от его мальчика.
Мистер Шерлок приехал в экипаже из Аскригга теплым дождливым днем весной 1852 года. Он был ниже мистера Холмса; это был очень приятный худощавый джентльмен с аккуратно постриженными усами, густыми темными волосами и задумчивыми карими глазами. Он был одет в твидовый костюм и в кожаные сапоги с высоким голенищем. Мистер Холмс вышел встретить его, они были искренне рады друг другу и не скрывали своих чувств. Крепко пожав руки и похлопав друг друга по плечу, друзья прошли в дом, где мистер Шерлок снял пальто и обнял миссис Холмс. Затем он повернулся к маленькому Майкрофту, который бесстрастно наблюдал за этими проявлениями привязанности, словно все это происходило на сцене, а он был критиком. Мальчик стоял, сцепив руки за спиной, и внимательно рассматривал мистера Шерлока, который был ошеломлен этим осмотром и, подбоченившись, в свою очередь смотрел на мальчика. Тут на него напал внезапный приступ кашля, и он прикрыл рот платком. Несколько смущенный, он улыбнулся и сказал:
- Ну, Майкрофт, надеюсь, что в этот свой приезд , я не подхвачу простуду. Как ты поживаешь? – и он протянул мальчику руку, которую тот крепко пожал.
- Хорошо, сэр, - ответил Майкрофт.
Мистер Шерлок снова закашлялся. Увидев беспокойство на лицах хозяев, он добавил:
- Видимо, мне не хватает морского воздуха. Я нахожу соленые ветра южного побережья очень благотворными для здоровья. Я уже целую неделю чувствую , что простудился. Но я не позволю этой простуде помешать нашей встрече. Я чрезвычайно занят в банке – не хватает времени даже на то, чтобы во время пообедать. Лора требует, чтобы я нормально ел, чтобы поддерживать свои силы, но работы было просто не в проворот. И чтобы развеяться мне пришлось сбежать в Йоркшир. Но достаточно уже моей болтовни и давайте пойдем в гостиную.
Он взял под руку мистера Холмса, и дружески беседуя, они направились в гостиную. За ними шла миссис Холмс, улыбаясь при виде такого отличного настроения своего супруга и крепко держа за руку мастера Майкрофта, ибо они уже стали подниматься по лестнице. Мальчик уже не раз падал там, поднимаясь или спускаясь, но ни разу серьезно не пострадал. И, как правило, если рядом был кто-то из взрослых, то они оставляли все свои дела, чтобы сопроводить его. Клара хотела уклониться от этой чести, но когда мастер Майкрофт пообещал, что он совсем не будет на нее смотреть, пока она будет ему помогать, она согласилась. Для мальчика это был разумный компромисс.
- Я не особо хочу свалиться с лестницы и приму любую помощь, чего бы это не стоило, - сказал он ей.
Я следовал сзади.
Как только мы вошли в гостиную, мистер Холмс распорядился, чтобы я подал напитки. Гости и хозяева сели, образуя в центре комнаты небольшой круг. Выполняя распоряжение мистера Холмса, я краем глаза смотрел за мастером Майкрофтом и заметил, что он вновь сосредоточил свое внимание на мистере Шерлоке, в то время как тот рассказывал Холмсам о своей жене и детях. И я видел тревожные сигналы, которые всем нам были хорошо известны, когда шла речь о мастере Майкрофте: задумчивое лицо, поза говорит о том, что он погружен в мысли, и мальчик временами еле заметно кивал головой. Все это говорило о том, что он вот-вот выскажет нечто поразительное. Однако вместо этого, мастер Майкрофт осмелился встать со своего места и подойти к мистеру Шерлоку, после чего он стал кругами ходить вокруг кресла этого несчастного, не спеша, оглядывая его с ног до головы. Неожиданно он остановился, нахмурился, его взгляд стал совсем пустым, настолько он был погружен в свои мысли, а рот приоткрылся, словно от удивления. И он прошептал, видимо, непроизвольно: «О, боже…» и как бы стараясь заставить себя молчать, он поднес руку ко рту. Хотя мистер Шерлок высоко поднял брови и усмехнулся, что говорило о том, что он относится к поведению мальчика с юмором, для его отца, обычно весьма снисходительного, все это оказалось слишком.
- Господи, Майкрофт! Какая невоспитанность! – воскликнул он , вставая и подбоченившись. – Я никогда не видел ничего подобного! Сядь на место, молодой человек, в противном случае, я велю тебе немедленно уйти.
Мастер Майкрофт совершенно не привык к гневу и замечаниям своих родителей и тон отца, казалось, задел его за живое.
- Прости меня, пожалуйста, папа, - сказал он, возвращаясь на свое место.
- Проси прощения у мистера Шерлока. Ты осматривал его, словно быка, выставленного на продажу на сельской ярмарке.
Мальчик снова встал.
- Мистер Шерлок, примите мои самые искренние извинения, - сказал он. А затем обратился к отцу:
- Мне не следовало ходить кругами вокруг этого кресла, ты прав, папа. Это было крайне грубо по отношению к мистеру Шерлоку. Я сожалею о своем поведении и надеюсь, что вы простите меня.
Горестное лицо мальчика и на редкость мягкий тон смягчили мистера Холмса. Вcем нам был известен экстраординарный интеллект и та самостоятельность, с которой этот мальчик держался благодаря своему независимому характеру, и вот такие случаи, когда мастер Майкрофт выказывал , как сильно нуждается во внимании и заботе своих родителей, были настолько редки, что они не могли остаться равнодушными и всем была очевидна их горячая любовь к сыну
- Все в порядке, мой мальчик, - успокоил его отец. – Я прощаю тебя. – Мистер Шерлок также кивнул в знак согласия. – И мистер Шерлок тоже. Однако, я бы предпочел, чтобы ты относился к старшим, особенно к моим друзьям, с бОльшим уважением.
Я нашел этот момент вполне подходящим для того, чтобы подать напитки, а потом занял свое место у дверей, чтобы быть наготове, если во мне возникнет какая-нибудь надобность. Мастер Майкрофт вновь взобрался на свое кресло.
- Так скажи мне, Майкрофт, - сказал мистер Шерлок, поставив на стол свой бокал и вновь подавляя кашель, - что такого ты видел во мне, что произвело на тебя такое впечатление? Какой ты сделал вывод?
Мистер Шерлок тут же снискал мое уважение, подойдя к этой ситуации столь уверенно. Он явно был добродушный, дружелюбный человек - так же как и сам мистер Холмс – и я понял, что их дружба была во многом основана на сходстве характеров и темпераментов.
Мастер Майкрофт бросил быстрый взгляд на мистера Шерлока, а потом снова стал рассматривать ковер.
- Да, я сделал вывод, но с вашего позволения, сэр, я не буду говорить о нем, - сказал мальчик. Внезапно он снова встал со своего места и подошел к отцу. – С вашего позволения, папа, я вас оставлю. Мне надо заниматься, а вам с мамой нужно поговорить с мистером Шерлоком.
Это было сюрпризом для всех; мастер Майкрофт ничто так не любил, как находиться в обществе взрослых, которые находили интересными его выводы. Что же за вывод он сделал, что не хотел о нем говорить? Мистер Холмс бросил на него подозрительный взгляд.
- Ты здоров, Майкрофт? – спросила его мать.
- Я чувствую себя очень хорошо, мама, - ответил мальчик.
- Что ж, тогда иди, если хочешь. Честное слово, иногда ты непостижим, мой мальчик, - сказал мистер Холмс. – Ужин в семь, смотри, не опаздывай.
- Да, папа.
Мастер Майкрофт поклонился всем присутствующим и вышел из комнаты. Мистер Холмс велел мне принести из погреба бутылку его любимого бургундского.
- Необыкновенно, Дэвид; просто поразительно, - услышал я фразу мистера Шерлока, уже уходя.
Их веселое и непринужденное общение продолжалось весь вечер и всю ту неделю, пока мистер Шерлок гостил в Хиллкрофт Хаусе. Джентльмены ездили верхом, объезжали поместье и фермы, засиживались в пабах, играли в шахматы, сидели в гостиной с их трубками, обсуждая политические события и вспоминая о своих студенческих годах. Из них двоих сильнее изменился мистер Шерлок, ибо мистер Холмс всегда предлагал ему покурить или пропустить еще один бокал вина, и хотя мистер Шерлок не воздерживался от этого полностью, но он не предавался возлияниям столь активно, как хозяин дома.
На той неделе Холмсы дали два званных обеда, и у меня была масса хлопот так же, как и у всех остальных слуг. Но это были очень веселые времена, не омраченные никакими разногласиями, или несчастными случаями.
В конце недели в вечер отъезда мистера Шерлока мистер и миссис Холмс и их гость сидели в гостиной, и вечер конца его визита отличался от первого вечера лишь чувством приятной усталости.
Примечательно, что мастера Майкрофта почти не было видно здесь на протяжении всей недели.

В то время, как мы считали, что он будет наслаждаться обществом мистера Шерлока и других гостей, которые просили, чтобы он посидел с ними в гостиной, мальчик выглядел очень мрачным и занятым своими делами и все время говорил, что ему надо идти к себе читать или заниматься. Несколько раз некоторые наиболее общительные гости просили его сделать какие-нибудь выводы о них, он отнекивался, говоря, что не видит ничего особенного. Мистер и миссис Холмс, хоть и обеспокоенные этой неожиданной переменой в их ребенке, были слишком заняты в течение всей недели, чтобы спросить его, что послужило причиной для такого поведения.

Особенно он избегал мистера Шерлока, стараясь даже не смотреть на него; хотя дружелюбно настроенный джентльмен пытался несколько раз втянуть мальчика в общую беседу, но его попытки не увенчались успехом. Мистеру Холмсу пришлось два или три раза заверять мистера Шерлока, что никакие его слова или действия определенно не могли быть причиной такого мрачного настроения Майкрофта. Мистер Холмс пытался сам поговорить с сыном, но это тоже ни к чему не привело; и было решено, что взрослые позволят мальчику пребывать в его мрачном настроении, раз это никак не отражается на их приятном времяпрепровождении.

И вот тем вечером Холмсы и мистер Шерлок спокойно сидели и разговаривали в гостиной; мужчины пили бренди , миссис Холмс занималась своим рукоделием. Оба джентльмена уже выпили немного лишнего, отмечая, таким образом, предстоящий отъезд мистера Шерлока.
Около десяти часов в дверях появился мастер Майкрофт, чтобы пожелать всем доброй ночи.
- И тебе доброй ночи, маленький Майкрофт, - ответил мистер Шерлок. – Мне жаль, что нам не удалось, как следует пообщаться.
Родители также пообещали мальчику спокойной ночи, мать поднялась, чтобы обнять и поцеловать его.
- Уложить тебя? – спросила она.
- Нет, мама, спасибо. Не сегодня. Тебе следует остаться с мистером Шерлоком, ведь он завтра уезжает.
Когда мальчик направился к двери, мистер Шерлок вдруг произнес:
- Послушай, Майкрофт, пока ты еще не ушел, не сделаешь ли ты мне одно одолжение?
Майкрофт застыл на месте, глядя на дверь, а потом повернулся.
- Да, сэр?
- Я уверен, что ты помнишь вечер моего приезда. Ты сказал нам, что сделал относительно меня какой-то вывод, хотя не хотел сказать какой. И я не стал настаивать, но сейчас, когда я уезжаю, то хотел бы, чтобы ты поделился со мной своими поразительными наблюдениями. Я много слышал о них и почел бы за честь, если бы ты сейчас рассказал о своем блестящем выводе, который сделал обо мне.
- Благодарю вас за комплимент, сэр, - сказал мастер Майкрофт, взволнованно переминаясь с одной ноги на другую. – Однако, мое мнение относительно рассказа об этом выводе не изменилось. Я был бы благодарен…
- Пустяки, мой мальчик, - прервал его, улыбаясь, мистер Шерлок. – Право же, мне очень интересно. И я настаиваю. Что ты узнал? То, что у меня две собаки – колли и спаниель? Что у моей младшей дочери прекрасные каштановые волосы? Что я считаю своего коллегу, мистера Эттлсона довольно пустоголовым?
При этих словах мистер Холмс рассмеялся.
Мистер Шерлок продолжал своим насмешливым тоном:
- Что я не люблю хлебный пудинг? Что в детстве я сломал правую руку? Скажи.
В разговор вмешался мистер Холмс.
- Ну же, Майкрофт, давай, все в порядке. Скажи нам, что ты выяснил.
Мастер Майкрофт отвел глаза
- Я бы предпочел этого не говорить, - сказал он умоляющим тоном.
- О, боже! Да он, верно, узнал, что я когда-то стащил у отца два пенса, чтобы купить большой кулек конфет, - искушал мальчика мистер Шерлок.
Миссис Холмс попыталась спасти сына.
- Уже поздно, дорогой, и мы знаем, что Майкрофту пора спать. Может, ему просто нужно лечь спать, а когда он в следующий раз увидит мистера Шерлока, возможно, он будет чувствовать себя более комфортно и поделится своими выводами.
Не думаю, что когда-нибудь мне приходилось видеть на чьем – то лице более совершенное выражение признательности и любви, чем в тот момент на лице мастера Майкрофта. Даже лица ангелов на полотнах Рафаэля не сияли таким полным выражением этих чувств.
Однако это не помогло. Двое джентльменов, уже слегка навеселе, решили покончить с этим вопросом.
Мистер Холмс хлопнул себя по коленям.
- А ну-ка хватит , мой мальчик, мы уже достаточно тебя просили и умоляли. Теперь, как твой отец, я приказываю тебе сообщить нам свои мысли по этому поводу. И все без утайки, все как есть.
- Я никогда не лгу, папа, - тихо сказал Майкрофт.
- О да, это так, - согласился его отец. – Поэтому скажи нам то, что должен.
Мужчины сели в свои кресла, закинув ногу на ногу и переглянувшись с самым бесовским видом. Лишь бокал в руке мистера Холмса напоминал, что это взрослые, а не расшалившиеся переростки.
Мастер Майкрофт видел, какая невозможная сложилась ситуация; он не хотел говорить и в то же время не мог не подчиниться непосредственному приказу отца. Он ничего не мог сделать, поэтому быстро оглядев троих взрослых, он закрыл глаза и тихо заговорил.
- Я пришел к выводу, что у мистера Шерлока довольно тяжелая форма туберкулеза.
Мужчины перестали улыбаться; лицо мистера Шерлока залил румянец. Мистер Холмс подавился своим бренди и закашлялся. Миссис Холмс обхватила себя руками, как будто ей внезапно стало очень холодно. Бедный мальчуган, застывший у двери, выглядел так, словно хотел испариться. Мистер Шерлок побелел как полотно.
- Боже мой, я никогда… - тихо произнес он, затем увидев, в каком состоянии находится мистер Холмс, наклонился и схватил его за руку. – Дэвид, с тобой все в порядке?
- Все нормально, - выдохнул, наконец, мистер Холмс, когда его кашель прекратился. Кашлянув еще пару раз, он пришел в нормальное состояние. – Но что все это значит? Майкрофт, ты хочешь сказать, что у Роберта туберкулез? Роберт, это правда? Этого не может быть!
- Спокойно, Дэвид, не волнуйся, - сказал мистер Шерлок. – Ты расстраиваешь мальчика.
Мастер Майкрофт стоял, тревожно наблюдая за ними. Миссис Холмс распахнула ему объятия и сказала:
- Иди сюда, мой дорогой.
И он шагнул к матери. Миссис Холмс положила руки ему на плечи, а он крепко сжав зубы, повернулся к мужчинам.
Мистер Шерлок встал и подошел к камину, начав нервно барабанить пальцами по каминной полке. Мистер Холмс, все еще бледный и растерянный, настойчиво повторял свой вопрос:
-Боже мой, Роберт, это правда?
Мистер Шерлок повернулся к своему другу.
- Это правда, Дэвид. Вот почему я захотел приехать повидать тебя. Врачи думают, что вскоре мое состояние резко ухудшится, это только вопрос времени…
Мистер Холмс силился понять.
- Твоя бабушка. У нее был туберкулез, когда ты был еще ребенком. Я помню, как ты говорил, что читаешь ей и приносишь свежие цветы. И ты сказал, что она умерла очень быстро. О боже, боже…
Мистер Шерлок заговорил, и в его голосе прозвучала покорность и усталость, которую все это время никто в нем не замечал.
- У меня всегда были проблемы с легкими, даже, когда я был еще ребенком. Ты помнишь, Дэвид, как в университете я часто страдал от бронхитов. Теперь же эти проблемы, очевидно, достигли своей критической стадии.
А потом он сосредоточил свое внимание на Майкрофте, который стоял, не шевельнув ни единым мускулом.
- Однако, сейчас, Майкрофт, мне хотелось бы знать, как ты узнал о моей болезни. Мне хотелось сохранить это в секрете, так чтобы эта неделя, проведенная с твоими родителями, не была испорчена мыслями о моей болезни. Надо отдать тебе должное, ты из сочувствия к отцу утаил печальную информацию, которую узнал еще неделю назад. Я чувствую, как несправедливо отнесся сегодня вечером к твоему великолепному таланту и состраданию – надеюсь, ты примешь мои извинения. Я вижу теперь, как слеп и глуп я был; хотя и слышал достаточно от твоего отца о твоем удивительном уме, я никогда бы не подумал, что ты сможешь сделать выводы о моей болезни. Но сейчас, когда мы принудили тебя, будь так добр, расскажи нам, как ты это сделал.
Речь мистер Шерлока произвела успокаивающий эффект на мастера Майкрофта. Он вышел из состояния своей мрачной неподвижности и повернул голову к мистеру Шерлоку, который остался на своем месте у камина и сделал ему знак подойти к огню. Мистер Холмс сидел все в том же угнетенном состоянии, поставив локти на колени и закрыв лицо руками.
- Мама? – спросил мастер Майкрофт.
- Пожалуйста, дорогой. Ты можешь рассказать нам, как обо всем узнал.
Мальчик подошел к мистеру Шерлоку, а миссис Холмс села рядом с мужем , надеясь, что ее присутствие принесет ему некоторый комфорт.
Мистер Шерлок сел в кресло у камина, а Майкрофт встал рядом с ним. Мистер Шерлок погладил его по голове и пальцем приподнял подбородок.
- Какой необыкновенный мальчик, - сказал он.
Майкрофт ничего не ответил.
- Итак, расскажи, как ты узнал о моем туберкулезе?
- На самом деле, это было очень просто.
Мистер Шерлок коротко улыбнулся.
- Уверен, что нет.
- Просто. Я изучал различные болезни, в том числе и туберкулез. Сначала я заметил, что у вас бледное лицо, что довольно необычно, ибо погода давно стоит очень солнечная, а я узнал от моего отца, что вы любите совершать длительные прогулки. Само по себе это ничего не значит, но я добавил к этому и другие приметы. Ваша одежда слегка вам великовата, не слишком, но заметив новые отметины, сделанные на вашем поясе, я понял, что в последнее время вы значительно похудели. То, что вы упомянули в разговоре о том, что вы неважно питаетесь, лишь подстегнуло мой интерес к теме, которую вы старались обойти. Ваш небольшой кашель, во время которого вы постоянно прикрывали рот платком и который пытались объяснить исключительно отсутствием морского воздуха, был весьма подозрителен, ибо вы не придавали этому кашлю значения, однако, обходя вокруг вас на прошлой неделе, я заметил, что на вашем платке, что был спрятан у вас за рукавом, были видны капельки крови. И еще я заметил, что справа на шее у вас припухли лимфатические узлы . Все эти приметы говорили мне, что вы страдаете от туберкулеза, и болезнь, к сожалению, находится уже в довольно серьезной стадии. Когда я понял, что вы придумали причину для вашего кашля и плюс к этому то, что вы знали, что мой отец очень рад вашему приезду и придумает различные увеселения, чтобы доставить вам удовольствие, я понял, что вы не хотите говорить ему о состоянии своего здоровья. Поэтому я и решил, что не буду ничего говорить о том, что узнал. – Он взглянул на мать. – Я не хотел никого обидеть.
Она кивнула.
- Просто замечательно , - проговорил мистер Шерлок.
Мистер Холмс встал и сел рядом с мистером Шерлоком, а мастер Майкрофт слегка поклонился и направился к двери.
- О боже, как просто. Я мог бы увидеть это и сам, если бы не был так рад просто от того, что ты здесь со мной. Мой дорогой друг, когда же ты планировал сказать мне?
- Я не знаю, Дэвид. Я думал, что сообщу тебе все, но потом, когда я приехал, и все было так прекрасно, я просто не мог заставить себя испортить все это столь печальным сообщением.
- Так, может быть, тебе поехать в Швейцарию? Что говорят доктора? Ты молод, наверняка, ты сможешь с этим справиться.
- Я никогда не говорил тебе этого, но эта ужасная болезнь была не только у моей бабушки, она появилась и у моего старшего брата, когда ему было двадцать два, а мне лишь двенадцать, это было всего три года спустя после смерти бабушки. Он прожил едва ли год после этого, болезнь прогрессировала так быстро, что это удивило даже врачей.
Он помолчал, откинулся на спинку стула и засунул руки в карманы брюк.
- У Шерлоков всегда были слабые легкие – я даже не могу вам сказать, сколько моих предков умерло от пневмонии и туберкулеза. И боюсь, еще более усугубляет восприимчивость нашей семьи к этому заболеванию то, что когда она пускает корни, у нас нет сил сопротивляться ей. Я знаю о своем диагнозе уже более года, но сказал об этом только жене. Даже за такой короткий промежуток времени во время кашля у меня выходит все больше и больше крови, с каждой неделей сил становится все меньше и меньше, мне все труднее и труднее дышать – Дэвид, я умираю. И я не хочу, чтобы это произошло в Швейцарии, вдали от моей семьи и друзей; я решил остаться в Англии. Вот почему я решил приехать к тебе столь внезапно. Ты ближе для меня, чем мои собственные братья. Возможно, мы видимся в последний раз, мой дорогой Дэвид.
Мистер Холмс ничего не сказал, черты его лица исказились от страдания и отчаяния. Мастер Майкрофт еще раз оглядел комнату и выскользнул за дверь. Миссис Холмс тоже тихо встала и, уходя, сделала мне знак следовать за ней, дабы оставить двух друзей наедине с их печалью.


Прошел год – в декабре мистер Холмс получил печальное письмо от миссис Шерлок, в котором она сообщала, что ее муж скончался от туберкулеза.
Мистер и миссис Холмс и мастер Майкрофт немедленно отправились в Плимут, на похороны – несмотря на то, что дорога была долгой и трудной из-за холодной погоды.
После их возвращения, с мистером Холмсом произошла ужасная и пугающая перемена. Он заперся в своем кабинете и начал пить, и предавался этому пороку столь чрезмерно, что это серьезно обеспокоило миссис Холмс. Если кто-то осмеливался его побеспокоить, он реагировал весьма раздражительно; казалось, что предаваясь горю, он нуждался в полном уединении и тишине, так же, как это происходило и с его отцом.
Он мало ел, и едва ли принимал ванную и брился, и, кажется, даже редко спал. Он так много курил, что в его кабинете стояла настоящая дымовая завеса. Никогда прежде мне не приходилось видеть такого открытого проявления безудержного горя.
После трех долгих недель, когда он не желал принимать никаких посетителей и махнул рукой на свой долг и обязанности перед семьей и поместьем, миссис Холмс приказала мне больше не приносить ему спиртное из погреба, а затем устроила своему мужу встречу с отцом Меткалфом и мистером Брауном, приведя их в его кабинет. Все они пробыли там некоторое время – через час гневные выкрики мистера Холмса утихли – а позже он, к счастью, вышел из своего убежища и отправился наверх, чтобы принять ванну и лечь в постель. На следующее утро он проснулся проголодавшимся и еще несколько дней провел в постели, восстанавливая свои силы, окруженный заботой своей внимательной и любящей жены. В эти дни они подолгу беседовали. Казалось, что после того, что они перенесли в течение этого ужасного месяца, их любовь друг к другу стала еще больше, и они вели себя почти , как молодожены.
Неблагопристойное поведение мистера Холмса прекратилось, хотя порой его охватывала сильная печаль, которая, казалась, полностью лишала его сил, и он некоторое время неподвижно сидел, глядя в пламя камина и тяжело вздыхая. Некоторое время мистер Холмс все же пил гораздо больше, чем обычно, хотя больше уже не предавался этому пороку столь беспредельно. Через несколько месяцев он вновь вернулся к своим прежним привычкам, и жизнь в Хиллкрофт Хаусе вновь пришла в норму.

Все это время мастер Майкрофт не привлекал к себе внимания, мало говоря, но за всем наблюдая. Он видел, как металась по дому его мать, как волновались слуги, как я приносил его отцу очередную бутылку вина. Приложив ухо к двери, он слышал, как плачет его отец и винит Творца в том, что случилось.
Миссис Холмс отправила записку мистеру Уортону, где вежливо сообщала, что из-за своей болезни, мистер Холмс не желает принимать никаких посетителей. Он требовал, чтобы на некоторое время были прекращены все занятия мистера Уортона с Майкрофтом, до тех пор, пока его вновь не призовут в Хиллкрофт Хаус, о чем он будет уведомлен. Соответственно теперь мастер Майкрофт занимался самостоятельно и за эти три недели он прочел семь книг. Он впервые подошел к отцу, когда тот лежал, поправляясь в постели. Я не слышал их разговора, но, казалось, он пошел им обоим на пользу.
Хотя мастер Майкрофт продолжал вести наблюдение за людьми и вещами, но к большому облегчению слуг – а также, осмелюсь предположить, и его родителей – он совершенно перестал говорить о своих выводах. Его отец также как и прежде, проводил с ним много времени, брал его с собой в деревни и на выездные сессии суда присяжных, позволял ему изучать учетные книги и поощрял его к прогулкам по окрестностям – пешим и конным.
Майкрофт все еще встречался с детьми Меткалфов и Браунов и у него были с ними добрые товарищеские отношения. Думаю, что он никогда не давал им понять, насколько превосходит их в развитии, а общался с ними на доступном для их понимания уровне, приспосабливаясь к нужным условиям не хуже хамелеона. Много времени он проводил, задумчиво размышляя о чем-то.


Так прошел еще один год, и в апреле 1853-го мастер Майкрофт обратился к своим родителям. Той весной случились два события, которые сильно потрясли Холмсов. И первым из них была просьба мастера Майкрофта, когда ему исполнится семь лет, осенью, отправить его в закрытую школу-интернат. Его родители переглянулись.
- Но, Майкрофт, мы думали, что ты предпочтешь заниматься с учителем дома; так как ты уже опередил своих сверстников, то тебе будет ужасно скучно заниматься наравне с ними, - сказала миссис Холмс.
- Это правда. Но я не хочу ходить в публичную школу из-за того академического образования, которое там получают, потому что мне нужно нечто большее. Я хочу посещать частную школу еще и из-за связей и знакомств, которые можно завести в этих школах и они даже поощряют к этому своих учащихся. – Он выпрямился и сцепил руки за спиной. – В будущем мне понадобятся эти связи.
- О! И какое же это будущее? – спросил его отец.
- Я планирую поступить на правительственную службу, - сказал мальчик.
- Будешь политиком, да?
Мастер Майкрофт высоко поднял брови.
- Конечно же, нет. Я еще не знаю точно, как сложится моя карьера, но связи, которые я смогу наладить в частной школе и в университете, несомненно, будут мне очень нужны, когда я решу, что буду делать дальше.
- А что тогда будет с поместьем, мой мальчик, если у меня не будет сына, которому я смогу его передать?
В словах его отца прозвучала горечь.
- Отец, ведь тебе уже известно, что я не намеревался посвятить свою жизнь управлению Хиллкрофт Хаусом. Однако, чтобы ты был спокоен и между нами не возникло никаких обид, то позволь мне сказать, что кем бы я ни стал в будущем, когда придет такое печальное время, что ты – по какой-либо причине – не сможешь выполнять обязанности главы семьи, я найму достойного доверия управляющего, который будет жить в доме, и с его помощью я буду вести дела Хиллкрофт Хауса и мануфактуры в Хаддерсфилде. Клянусь, что я никогда не отрекусь от своего долга перед тобой или мамой.
Эта речь умиротворила Холмсов, и они смирились –этот ребенок с самого своего рождения был не доступен их пониманию и контролю, хотя они чувствовали, что он искренен по отношению к ним. Было ясно, что в качестве сквайра он будет крайне несчастен – он совершенно не подходил для такой роли – и они знали, что он обладает потенциалом, благодаря которому может добиться очень многого. Его предложение управлять Хиллкрофт Хаусом через доверенное лицо говорило о его внимании к отцу и давало родителям уверенность, что в преклонные годы у них будет дом и стабильный доход. Таким образом, было решено, что осенью Майкрофт отправится в частную школу.
- И что бы ты ни делал, мой мальчик, работай ради справедливости и добра; мы старались научить тебя чести и уважению; мы надеемся, что подавали тебе пример добросердечия, терпения и уважительного отношения к людям, - говорил его отец, когда он и миссис Холмс сообщили сыну, что он, как и хотел, будет отправлен в школу. Если уж я, дворецкий, живо помнил его знаменитое утверждение «Майкрофт, мой мир», то представляю, как это постоянно являлось во сне его родителям. Они стояли рука об руку и ждали, что ответит им сын.
Когда родители вошли в его комнату, мастер Майкрофт встал; его манеры были безупречны.
- Папа, я никогда не принесу имени Холмсов никакого бесчестья, и у вас не будет ни малейшего повода стыдиться меня. Клянусь вам, - сказал мальчик.


Через месяц , в начале мая, миссис Холмс объявила, что ждет ребенка. Она была удивлена так же, как и все остальные. Как она рассказывала потом миссис Хэствелл, когда он сообщила об этом мистеру Холмсу, у него выпала изо рта трубка. Так как теперь ей было уже тридцать семь, это событие было встречено всеми со сдержанной радостью. Дом еще был наполнен памятью о ее выкидышах, после которых она долго болела, хотя все отчаянно надеялись, что все кончится хорошо и на свет появится еще один ребенок. Мне это казалось подлинным божьим благословением, ибо в преддверии того, как они теряли одного ребенка, который вскоре уедет в школу – ребенка, который , можно сказать, изначально им не принадлежал – им как чудо даруется второе дитя, как раз тогда, когда он так им был нужен. Реакция мастера Майкрофта была для меня непостижима. Казалось, он был счастлив за своих родителей, но узнать, каковы были на самом деле его собственные мысли, было невозможно.
Как это обычно происходит, слуги разделяли настроение своих господ. Все мы радовались этим новостям вплоть до того вечера, когда миссис Уинтерс как-то сказала нам, когда мы все сидели на половине слуг.
- Последнее время они стали есть больше, да,да,больше, - сказала она зловещим тоном.
- Все кости обгладывают начисто. Говорю вам, маленькие люди трудятся, как пчелы. Выйдите из дома в полночь, и вы услышите шепот. О, это не предвещает ничего хорошего, уж вы мне поверьте, ничего хорошего. Маленький народ слишком много хлопочет.
Она перекрестилась.
- Если бы вы не были лучшей кухаркой в Йоркшире, миссис Уинтерс, не думаю, что какой-нибудь хозяин стал бы терпеть ваш вздор, - засмеялся я.
Другие ненадолго присоединились ко мне, но потом смех затих и лишь только кто-то нервно покашливал. Думаю, что наверняка каждый думал про себя:

А ведь в прошлый раз она оказалась права.


Миссис Холмс ждала ребенка и была вполне здорова, хоть и сильно уставала. Месяц шел за месяцем, и она преисполнилась надеждой, и лишь отъезд мастера Майкрофта в школу то и дело вызывал у нее слезы.
Расставаясь с ней, он сказал:
- Будь здорова, дорогая мама. Когда я вернусь, то возможно уже увижу долгожданного брата.

Уже сами эти слова вызвали у миссис Холмс слезы. Она немного успокоилась, когда в Хиллкрофт Хаус вернулся сопровождавший мастера Майкрофта мистер Холмс , и они вновь были связаны друг с другом, теперь уже этим ребенком, которого им даровала судьба.

Роды начались у миссис Холмс вечером 5 января 1854 года, но они были долгими и трудными, и она разрешилась от бремени лишь утром 6 января. Из Эйсгарта был вызван хирург, мистер Ирвин, который в 10 часов утра показал взволнованному мистеру Холмсу здорового новорожденного мальчика, которого мистер Холмс тут же назвал Шерлок Скотт Холмс.

@темы: перевод, Шерлок Холмс, Детство Шерлока Холмса

13:55 

Рейгетские сквайры: поразительно

«Экстраординарно.» «Поразительно.» «Гениально.»

Сплошные превосходные степени, одно преувеличение на другом. Пачки телеграмм. Ничего не стоящие слова и пустые восхваления. Какой смысл всего этого?

Еще один стук, я посмотрел на дверь. Несомненно, это еще одно удручающее поздравление. Я применил все известные мне французские ругательства, дабы отпугнуть этого посыльного и избежать очередного вторжения, но ручка двери все равно повернулась.

- Холмс?

Нет. Невозможно. Не может быть.

- Холмс?

- У-Уотсон?

@темы: перевод, Шерлок Холмс, Зарисовки с Бейкер-стрит

16:51 

Блестящий

- Так… как вы считаете?
- Я…Это…
-Да?
- Право же, Уотсон! Это нельзя назвать верным изображением!
Уотсон вздохнул.
- Как так? Я очень скрупулезно описывал все процессы ваших логических умозаключений!
- Я знаю, но…
Уотсон увидел редкую картину: Холмс с трудом подбирал слова. Когда он заговорил, голос звучал как-то странно.
- Я говорил не о том, как вы изображаете меня.
- О – Уотсон озадаченно сморщил лоб. – Но что тогда..?
- Вы! – наконец выпалил Холмс. Он схватил рукопись и яростно ткнул в нее пальцем. – В каждой вашей истории вы получаетесь каким-то… шутом! Нет, еще хуже – полицейским!
- Я не понимаю, почему это вас так беспокоит, - с улыбкой ответил Уотсон.
- Потому что вы не шут! Вы – Доктор, вы сражались в Майванде. Я не понимаю, почему вы опустили себя до уровня… этих бесцветных… - он бросил рукопись на стол доктора и, негодуя, сел.
Уотсон аккуратно сложил листы своей рукописи, так, чтобы они смогли войти в конверт для его издателя, и сказал, улыбаясь:
- Полагаю, что трудно изобразить блестящим того, кто стоит рядом с Шерлоком Холмсом.

@темы: фанфик, перевод, Шерлок Холмс, Зарисовки с Бейкер-стрит

12:30 

Немного о прошлом Холмса и Уотсона

Хочу привести здесь кое-какие интересные мысли относительно семей Холмса и Уотсона и их прошлого. Прлшу прощения, если будет немного криво.


astronbookfilms:

В «Знаке четырех» Холмс демонстрирует свой дедуктивный метод на примере часов Уотсона, которому они достались по наследству от его брата. Часы впервые упоминаются в «Этюде в багровых тонах»; важность личных вещей и как они могут пролить свет на личность человека показано в «Желтом лице»; Предыстория Шерлока Холмса, упоминаемая в «Случае с переводчиком».

Джон Уотсон (его брат):

Пьянство;
Азартные игры;
Денежные проблемы;
Небрежное отношение к собственным вещам;
Предпочитает скрывать наличие брата;
Выходит из себя, услышав логический вывод об испорченной натуре своего брата

против Шерлока Холмса (и его брата и семьи вообще)

Деревенский сквайр;
Французский художник Верне;
Майкрофт Холмс – влиятельный человек + клуб Диоген

Когда мы обсуждали «Желтое лицо» и «Случай с переводчиком», то многих заинтересовал вопрос, почему Холмс так мало говорил о себе и так поздно представил Уотсону своего брата, и была выдвинута гипотеза, что Холмс представил Майкрофта так поздно, чтобы сохранить восторженное отношение Уотсона к себе самому и что Шерлок был бы не так впечатляющ в сравнении с Майкрофтом.
Я ни в коей мере не возражаю против этого, однако, на мой взгляд, предыстория Уотсона, показанная в «Знаке четырех» может дать нам еще одно толкование этого факта. Холмс не особо распространялся о своей семье потому, что не хотел смутить Уотсона. Или, даже более того, выглядеть слишком «впечатляюще» по сравнению с ним.
Происхождение Холмса более «аристократическое»; его брат явно более влиятелен, чем брат Уотсона; деньги, видимо, в этой семье не проблема (и/или Холмса это не волнует). Единственный человек, у которого там проблемы с зависимостью и с душевным расстройством, это сам Шерлок Холмс.
Подведем итог: Может быть, Шерлок Холмс – хороший друг и не только потому, что уступал просьбам Джона Уотсона, но и потому, что он порой что-то делал, исходя из собственных выводов.

a-candle-for-sherlock:

Вот мы видим , как два этих человека встречаются на одной станции жизненного пути, но они подъехали к ней с противоположных сторон. Все в Уотсоне (отсутствие семьи, его военная служба, его довольно практическая профессия) указывает на человека среднего класса, поставившего себе цель встать на ноги, достичь некой респектабельности. Он часто придает большое значение внешнему виду, как говорит mistyzeo (известный слэшер)) ) он одет по последней моде. Он беспокоится о деньгах, как человек, который знает, какие ужасные могут быть последствия, если о них не думать. Мы никогда не узнаем, как он остался без семьи, знаем лишь, что он приехал в Лондон, «не имея ни близких друзей, ни родни». Может быть, все они умерли, или, может быть, если Холмс сделал верные выводы, предпочитал создать видимость, что это было так. Как бы там ни было, мне он видится человеком, который вышел из довольно небогатой семьи, медленно, с трудом пробивал себе дорогу в жизни, стараясь добиться успеха, и отчаянно боялся вновь опуститься туда, откуда он поднялся.
С другой стороны, Холмс… Я нахожу, что разложа по полочкам то немногое, что нам известно о его семье, нетрудно предположить, что он, по меньшей мере, аристократ. По всем причинам, приведенным выше, из-за его непринужденного отношения к деньгам (как говорится «единственная причина, почему вы никогда не беспокоитесь о деньгах, та, что они всегда у вас были»), из-за его желания доказать , что он чего-то стоит благодаря своим собственным способностям. Я встречал людей, которые спорили, что он также как Уотсон «поднялся из низов», но я больше склоняюсь к мысли, что его положение, которое он занимает в начале «Этюда» говорит о спуске вниз по экономической лестнице. Может быть, какой-то дальний родственник промотал семейное состояние, может быть, его мать совершила мезальянс, выйдя замуж за небогатого человека, может быть, сам Холмс решил оборвать все семейные связи, чтобы быть уверенным, что любая известность, которой он добьется, будет результатом его собственных усилий, а не благодаря его семье.
И таким образом, Холмс и Уотсон начинают свой путь в «Этюде» примерно с одного места, но имея за спиной различное прошлое. При этом то, что Холмс умалчивает о своей классовой принадлежности, говорит о хороших манерах. Более того, Холмс , возможно, подозревает, что из-за этого между ним и Уотсоном может возникнуть неловкость при обсуждении вопросов совместного проживания и внесения общей платы за квартиру.


Я сама сейчас целиком погрузилась именно в прошлое наших героев и как-то вот это все сейчас очень интересует. Сейчас еще вспомнила, как одна иностранка , разбирая нашего Холмса и очобенно Ватсона-Соломина, заметила, что Ватсон в "Знакомстве" какой-то очень трагичный. Видно, что ему пришлось через многое пройти. В нем такая непроходящая грусть...

@темы: Шерлок Холмс, Холмсомания

20:20 

Установление личности: забыл

- Я совсем забыл, что мы с вами уже несколько недель не виделись, - скромно сказал Холмс. Я подавил смешок.
Это просто совпадение, что как раз в тот день он надел на палец кольцо с бриллиантом и вместо обычной трубки воспользовался табакеркой, инкрустированной аметистом.
Он забыл, что безделушки не производят на меня впечатления. Чтобы достичь этого, ему надо просто быть самим собой.

@темы: Зарисовки с Бейкер-стрит, Шерлок Холмс, перевод, фанфик

14:43 

Подсмотрено на одном форуме...

Давным-давно видело это на каком-то буржуйском форуме. Боюсь, что он уже приказал долго жить. Постараюсь изобразить в точности. Стихи те же, только с русским переводом

Альфред Теннисон

Дом



Дом пуст. К чему мне тут стоять
И у порога ждать теперь,
Где, прежде чем ударить в дверь,
Я сердце должен был унять?

Укор вины, укол тоски;
Взгляни - я не могу уснуть,
Бреду в предутреннюю муть
Вновь ощутить тепло руки,

Которой нет… Тебя здесь нет!
Но снова слышен скрип забот,
И в мокрой, серой мгле ползет,
Как привидение, рассвет.

(Перевод Анатолия Ванина)

Чего-то в последнее время в поэзию потянуло, хотя вообще-то мне это не свойственно))

@темы: стихи, Шерлок Холмс, Великий Хиатус

11:38 

Читаем заново канон: Установление личности

Ну вот тут мне и в самом деле сказать нечего.
Честно говоря, раньше рассказ не относился к числу любимых. Прочла его поздно - когда училась на вечернем и работала в библиотеке, мне случайно попал в руки 1 том восьмитомного собрания. Содержание мне было все знакомо, за исключением двух рассказов - "Установление личности"и "Палец инженера". Честно говоря, в восторг я от них не пришла.
Возможно еще и поэтому. Глаз особо не на чем не зацепился.
Но кое-что все-таки скажу. Мне кажется раньше, когда читала это, все воспринимала, как должное. Это сейчас поражает Холмс, говорящий, что убил бы Эванса, если бы тот убил Уотсона. Вот и здесь тоже. Не могу себе сейчас представить Холмса, разгуливающим с перстнем на руке. Конечно приходят в голову всякие объяснения, в том числе и слэшного характера. Есть одна зарисовка, которая прекрасно иллюстрирует эти объяснения, но ее выложу вечером.
Но еще здесь мое внимание привлекла иллюстрация, где Холмс загораживает Уиндибенку дорогу к выходу - прямо увидела здесь Джереми)) Довольно характерная поза.

Про перевод особо тоже ничего не скажу, кроме того, что старый был лучше и изящнее. И слова о сравнении Хафиза и Горация, на мой взгляд, неудачны - вот это "не глупее" очень плохо. Ведь он не про двух школьников говорит.
Что касается до самого рассказа, конечно, очень люблю сцену с кнутом. Наверное, жаль, что этот рассказ не сняла Гранада.
Но все-таки скажу еще раз - когда читаю вот эту новую книгу у меня впечатление, что читаю про какого-то другого Холмса, более сухого что ли, скучного, совершенно не остроумного и т.д. И мне это очень не нравится.

@темы: канон, Шерлок Холмс

Приют спокойствия, трудов и вдохновенья

главная